Тайный малыш от бывшего

Тело опять буянит от его близости…

– Научи меня, – пауза, сглатывает. – Лид, научи меня быть хорошим парнем.

Он смотрит на меня проницательно. Такими глазами невероятными, что, черт, хочется в крошку рассыпаться и бросится в его объятия, послав в пекло всё!

– Горю желанием исправиться! Изменюсь, стану таким, каким захочешь видеть меня ты. Больше никаких ошибок! Я просто… как же безумно сильно я боюсь тебя потерять…

Ещё один судорожный вдох. Прошибает ураганной аурой его силы, власти, намерений. Чуть не сбивает с ног жаждой стоять на своём, железной силой духа, твёрдостью сказанных слов.

Но пока ему нет прощения."

"Даже, если прощу, не уверена, что больше измен не повториться. Правильно Женя сказал, нужно время, чтобы убедиться, что человек держит слово и больше никогда не полезет в постель к другой.

А ведь я так сильно боюсь пройти через весь тот кошмар снова!

– Подскажи, как вину загладить? Как действовать правильно?

Ставит меня в тупик неожиданными вопросами и раскаянием. В голове все мысли, все слова испаряются.

Тяжело. Жутко. Боюсь… Боюсь снова довериться и наступить на те же грабли! Боль будет намного хуже, если совершу одну и ту же ошибку, а ведь меня только начало понемногу отпускать.

– Не дави на меня. Просто не дави! И дай время. Я должна понять, стоит ли давать тебе второй шанс. Я должна быть уверена, что ты меня снова не ранишь.

На этом всё.

Если действительно любит – теперь с каждой разумной просьбой моей будет соглашаться, уважая мои желания.

Исаев молча сжимает челюсти и моргает в знак согласия, но я уверена его внутренние демоны устроили у него внутри лютую пытку, а он стойко держится.

И снова я будто вижу перед собой другого человека, но с лицом моего бывшего мужа…

* * *– Как часто ты с Инесс видишься?

Мы подошли к самой, пожалуй, тяжёлой части разговора.

Официант разложил перед нами красиво оформленные блюда, к которым даже было жалко притрагиваться.

Пахнет восхитительно, но аппетита нет совершенно! Я думаю только о нём. О нас.

Игнат тоже ничего не ест, он продолжает есть меня визуально. Никак не может налюбоваться, будто я в любой миг могу исчезнуть, а он видит меня последний раз и это последние минуты нашей жизни, поэтому самое время друг друга простить. А вдруг завтра конец света?

– Редко. Очень редко.

Всё-таки он делает первый глоток своего американо из утончённой, фарфоровой кружечки. Цены здесь, честно сказать, кусачие.