Сердце Дракона. Тринадцатый Том. Часть 2

— но самый ближайший к Белому Дракону и Алому Фениксу. Ну и самый развитый, конечно.

Рубанок Хаджара летел по древесине, срезая все новые и новые полосы волокна. Это чем-то напоминало ему то, как он шел по дорогам безымянного мира, стесывая с них все больше и больше шелухи, обнажая ту истину, которая скрывалась внутри.

— Передай ему мои извинения, что я отнял такую удобную игрушку.

— Обязательно, — улыбнулся Хельмер, демонстрируя свои даже не звериные клыки. — и, чтобы ты знал, мне пришлось использовать карту Пустошей, чтобы перекрыть его стремление порвать тебя на части.

— Отлично, — кивнул Хаджар и, взяв доску, потащился обратно на крышу.

Демон на какое-то время замолчал. А после, поднявшись с трона, подошел к лестнице и схватился за неё руками. Теперь та не дрожала, норовя свалиться под весом Хаджара.

— Мне вот интересно, — протянул демон, глядя в сторону закрытых ставней. — а малышка Аркемейя знает?

Хаджар так и не опустил занесенный молоток на шляпку гвоздя.

Лицо Хельмера исказила воистину демоническая улыбка.

— Может мне стоить рассказать нашей общей знакомой о твоей маленькой уловке? О том, что ты сам, в момент удара Азреи, разорвал усилием воли свои меридианы.

Хаджар ударил молотком.

Куда сильнее, чем оно того требовало.

Глава 1183"

"— Меня всегда поражала это твоя особенность, Хаджи, — Хельмер, отряхнув ладони о кровожадный, живой плащ, вернулся обратно на трон ночных кошмаров. — Любовь к самоистязаниям. То одно, то другое, теперь вот, обретя хоть сколько-нибудь заметную силу, ты лишаешь себя её? И зачем.

Хаджар продолжил молча чинить кровлю. Этот процесс заботил его куда больше, чем общение с древним демоном, когда-то обманувшим Горшечника.

— Все это ради Аркемейи, да? — демон протянул руку и ковер из кошмаров превратился в кишащий рой. По его поверхности, качаясь, будто на волнах, поползла пузатая бутылка мутного стекла.

Откупорив её, демон приложился к горлышку.

Запах терпкого вина ненадолго вскружил голову Хаджару.

— Знаешь, Хаджи, ты мне больше нравился, когда в тебе не было всей этой чуши, — Хельмер поставил бутылку на столик. Разумеется, тот был создан из все того же нагромождения мохнатых шариков страха.

— Тогда зачем ты свел меня вместе с Аркемейей и помог ей не только выжить, но и стать сильнее.

И вновь эта улыбка. Многозначительная. Коварная.