Семь Нагибов на версту

— Вот как? — удивленно посмотрел он на меня.

— Именно. И если есть возможность их… не казнить, я был бы вам очень благодарен. Не убили же. Все живы — здоровы.

— Исключено. Если мы пощадим одних, другие могут подумать, что им тоже можно. А этого допускать нельзя. Тревожные вести приходят с приграничья, и возможно, вам предстоит скоро туда отправиться. А если не вы, то кто?

— Мой отец?

— Ваш отец, — поморщился он. — Боюсь, он далеко не в той форме, чтобы преодолеть верхом такое большое расстояние.

— Верхом? То есть, на лошади? — нервно икнул я.

— Именно. Вблизи границ никакая техника не работает. Да и обычные животные чувствуют себя не очень хорошо. Но вы будете их менять, так что справитесь. Схема за много лет отлично отработана.

— И я поеду один?

— Конечно. Увы, но возле столбов могут находиться только архимаги — очень не долго и вы.

— Так, хорошо. Я так понимаю, что эта ПРОСЬБА, — последнее слово я особо выделил, — была одобрена императором, несмотря на то, что мне по закону еще рано туда отправляться?

— На что вы намекаете?

— Да я прямо говорю, что могу поехать, а могу не поехать, — словил я чувство дежавю.

— Это ваш долг…

— До свиданья, Степан Васильевич. Было приятно с вами поговорить. Я распоряжусь, чтобы слуга вас проводил, — встав, я собрался уйти.

— Сядьте, Ямир, — опять поморщился он. Эдак у мужика скоро реальные морщины появятся.

— Пощадите тех, кто на меня напал. Нет, не так. Отправьте их вместе со мной. Хочу провести один эксперимент. Выживут — отлично. Простим и забудем. Нет, так они все равно обречены.

— Такие решения принимать не в моей компетенции.

— Вот и прекрасно. Посоветуйтесь с вышестоящим начальством. А заодно и расскажите мне, что там надо делать.

— Последнее легче всего. В академии вам объяснят, тем более, что минимум месяц у нас в запасе есть. Что же до остального — суть эксперимента вы мне, конечно, не раскроете?

— Почему же? Раскрою. Хочу попробовать прикрыть их своей силой. Если получится, значит, буду знать, что можно и не одному ходить в Проклятые земли. Я, знаете ли, человек очень социальный и не люблю одиночество. Кстати, у меня вопрос.

— Спрашивайте.

— На нас же не действует лекарская магия.