Семь Нагибов на версту часть 3

Или нет? Если бы я согласился, то какое же это было бы изнасилование?

На этой глубокой мысли я завис, решая морально-этический вопрос — насилие ли это, когда сопротивляются или делают что-то против воли? И насилие ли это, когда сопротивляются для вида, но делают с удовольствием? Может ли при этомвторое считаться первым?

— Ты долго еще будешь на них пялиться? — подала голос сонная Этери. — Грохни их по-быстрому и возвращайся в постель. Мне интересный сон приснился, и я хочу в реальности попробовать то, что в нем увидела.

— Правда, что ль? — заинтересовался я и даже привстал со стула, но потом передумал. Делу время, а потехе два часа. Потому как если начнем с Этери, проснется Соль и тоже захочет сладкого с утра. А тут эти — сидят, подсматривают. Можно, конечно, их попросить присоединиться, но боюсь, четверых не потяну — здоровья не хватит.

— Ага. Мы там та-а-акое вытворяли…

— Так, отставить с утра тормошить мое либидо. У меня тут пленницы — ниче так, судя по фигуркам, — и я их собираюсь допросить.

— Одежду срывать будешь или прям в одежде?

— Чего в одежде? — не понял я.

— Ну, допрашивать. Я не знаю, какие у тебя фетиши. Вдруг тебя это возбуждает? Но я бы все же рекомендовала раздеть — фигурки у них вроде стройные. Ночью, когда мы их вязали, за сиську пару раз жамкнула — чисто проверить, вдруг она там оружие прячет. И ниче так, упругенькие.

— На что ты меня толкаешь?!!! — восхи… в смысле, возмутился я, прикинув все плюсы и минусы ее предложения.

— Не надо нас допрашивать, — подала голос пленница, и ее подруга мычанием подтвердила готовность к сотрудничеству.

— Тогда повторяю вопрос — чего надо и зачем приперлись? Под покровом ночи тайно забрались в наш номер с какой целью? Ограбить? Убить? Или и то, и другое? А может, вы злобные насильницы и решили воспользоваться нашим сонным состоянием, чтобы надругаться над нашими беззащитными телами?!!!

— Последний вопрос мне особенно понравился, — подняла большой палец вверх Этери, а проснувшаяся Соль ей одобрительно кивнула.

— Нет, послушаете нас — мы не хотели ничего плохого! И если бы не сильная нужда, никогда бы к вам не полезли.

— Ясно. Банальные воровки, — зевнул я, разом потеряв к ним интерес.

М-да, мне уже это не нравится — то, как я спокойно на это отреагировал. Для Нагибиных вор — это самый страшный человек.