Седьмая вода на коньяке

Этот милый вздернутый носик с маленькими конопушками был сейчас испачкан в пыли, а эти до неприличия пронзительные карие глаза старались смотреть воинственно, но в их глубине читался испуг. Испуг маленькой девочки, которую некому защитить.

– У меня что, вторая голова выросла? – хмуро произнесла Наташа, увидев, каким странным взглядом смотрит на нее Савинский.

Тот тряхнул своей головой, чтобы сбросить наваждение, и улыбнулся девушке:

– Пошли, Наташ, я тебе покажу твою комнату. Будешь жить в ней столько, сколько понадобится.

– Чем быстрее я ее покину, тем лучше, – вздохнула Наташа. – У меня, между прочим, ответственная работа, свои дела, свои проблемы. Мне в твоем доме сидеть некогда. Кто за меня будет эти дела делать и эти проблемы решать?

– Ничего, дела подождут, жизнь не завтра кончается, – как мог, успокоил девушку Савинский.

– Тебе хорошо так говорить, у тебя помощников целая армия, – возразила девушка. – А я все свои дела привыкла сама делать. Сейчас, когда все это случилось, мне пришлось перепоручить все Валентине Николаевне, своей сотруднице.

Она, конечно, женщина ответственная, но я все равно волнуюсь, как они там без меня. Как раз сейчас я нужна на работе, как никогда. Журнал на грани банкротства, и, если честно, я уже не знаю, как выруливать ситуацию, – тяжело вздохнула Наташа.

– А чего для этого не хватает? – поинтересовался Савинский.

– Связей, конечно, – пожала девушка плечами. – Пока моя тетушка была здесь, она мне таких хороших заказчиков на рекламу добывала, что я диву давалась.

Косметика, дизайн, я даже пару раз такой крутой магазин, как «Косметик-Люкс», рекламировала. А недавно Настя вышла замуж за немца и уехала в Германию. Я сама, естественно, стараюсь, но что-то в последнее время у меня не очень получается, – развела Наташа руками и горько усмехнулась. – Вот такая я невезучая. Еще и ты мне так не вовремя на голову свалился.

– Ну, предположим, все как раз наоборот. Это ты свалилась неизвестно откуда, только, правда, не на мою голову, а под мою кровать, – улыбнулся Савинский.

Он увидел, как нахмурилась девушка, и тут же постарался сгладить ситуацию: – Я пошутил. Ничего, Наташа, думаю, что все еще у тебя образуется, а я постараюсь помочь, чем смогу. Знаешь, как говорится? Что бог ни делает, все к лучшему.

– Да уж, лучше и придумать нельзя, – буркнула девушка. – Ладно, пошли, покажешь мне комнату, – закруглила она разговор. – У меня уже глаза слипаются, спать хочу – просто умираю.