Седьмая вода на коньяке

– Господи, Андрюша, да что с тобой сегодня? И выглядишь ты как-то странно, как будто гнался за кем-то, или за тобой гнались, – изумленно хлопая глазами, высказывалась девушка. – Ты уверен, что хочешь остаться один, без меня?

– Уверен, девочка моя, еще как уверен, – подталкивая Анжелину к двери, поклялся Андрей. – Мне нужно отдохнуть.

– Это точно, отдых тебе не помешает, – задумчиво проговорила красавица. – Ладно, так уж и быть, я ухожу, – согласилась Анжелина. – Но если ты вдруг почувствуешь себя хуже, сразу же мне позвони по внутреннему телефону, и через минуту я буду рядом с тобой.

– Да-да, я понял, ангел мой, я все прекрасно понял, я обязательно позвоню, – клятвенно пообещал Андрей, уже чуть ли не пинками выпихивая свою подругу за дверь. Он только облегченно вздохнул, как в дверях вновь показалась Анжелина.

– Ну, что еще? – еле сдерживая ярость, спросил Савинский.

– Дорогой, ты позволишь мне забрать твой подарок? Я хочу полюбоваться им перед сном, – улыбнулась девушка.

– Ну что за глупые вопросы, дорогая? Конечно, бери, ведь теперь это принадлежит тебе, – проговорил мужчина и, схватив бархатную коробочку со стола, торопливо сунул ее Анжелине.

– Спокойной ночи, любимый, – промурлыкала девушка, прижимая к груди подарок.

– Спокойной ночи, дорогая, – вторил ей Андрей.

Наташа сидела под кроватью и уже готова была лопнуть от злости.

– «Дорогая, ангел мой, девочка моя», – передразнивая Андрея, ворчала она про себя, перебирая подряд все те ласковые имена, которыми Савинский величал свою подругу.

Она набрала Машин номер и, послушав, как подруга прошептала в трубку: «Алло», – тут же отключилась.

«Теперь они будут знать, что со мной все в порядке, и спокойно поедут домой. Я отсюда уезжать не собираюсь до тех пор, пока Савинский не обеспечит мою безопасность! Вот только как я буду сосуществовать здесь с его бешеной подружкой, мне представляется с трудом».

Голова Андрея появилась перед ней так неожиданно, что Наташа даже вскрикнула.

– О, господи, как же ты меня напугал, – выдохнула она.

– Никогда не думал, что так похож на Господа, – прищурился мужчина.