Седьмая вода на коньяке

Андрей нажал на кнопочку сбоку сооружения, и окурок сразу же был поглощен особым устройством, а вместо табачного запаха в воздухе появилось облачко освежающего аромата. Пять таких пепельниц ему прислали из Греции, где, согласно поговорке, «все есть». Сделали их по специальному заказу, и они вызывали бурный восторг у курящих гостей Савинского.

Андрей еще некоторое время постоял на веранде, вдыхая свежий, пахнущий грозой воздух, а потом нехотя вернулся в помещение.

Только он уселся снова в кресло у компьютера, как в кабинет впорхнула Анжелина и, подлетев к Андрею, чмокнула его в губы.

– Добрый вечер, любимый, я ужасно соскучилась! Надеюсь, ты тоже?

– Угу, – буркнул он.

– Я тебе привезла изумительную новость, – хихикнула красавица. – Ни за что не догадаешься!

– Я весь внимание, – недовольно проворчал Савинский. – Выкладывай уж.

– Можешь себе представить, – затараторила красавица. – Софья Абрамовна окрутила-таки Славика Дворжецкого, и в скором времени они сочетаются браком, – засмеялась она.

– Ну и что? Мне совсем неинтересна эта новость, – равнодушно пожал плечами, проговорил Андрей.

– Ну как же, Андрюша? Это же нонсенс! Ведь она старше его на девятнадцать лет, – всплеснула Анжелина руками. – Она же ему в мамы годится.

– Ну и что? – снова повторил мужчина. – Зато у нее денег куры не клюют, а у него, кроме его молодости, ничего больше нет. Этот брак больше твоему Славику нужен, нежели Софье Абрамовне.

– Но он же такой… такой красавец! Она рядом с ним – кикимора кикиморой, – не сдалась Анжелина.

– Вот Софья Абрамовна потому и выбрала его в мужья, чтобы всем показывать. Будет его везде таскать за собой, как комнатную болонку. Я ее очень хорошо знаю, она близкая подруга моей матери, и поверь, дорогая, что эта женщина ничего не делает просто так и себе во вред.

– Я никогда не предполагала, что Дворжецкий может быть альфонсом, – растерянно проговорила Анжелина. – Он всегда такой воспитанный, такой лощеный, много знает и может говорить на любые темы…

– Чтобы себя подороже продать, моя милая, станешь и воспитанным, и лощеным, и много знающим, – усмехнулся Андрей.