Сделка на любовь

Ласкай себя, пока не кончишь. Давай, сделай это! Я хочу видеть, какая ты в момент экстаза, чёрт побери! — снова рычу. И она растирает себя сильнее, грубее, с какой-то злостью.

И да, мать ее, да!

С ее губ срывается стон, содрогается. Кусает губы, сдерживаясь, словно сама не ожидала.

— Не смей! Я сказал, не смей! Разомкни свои упрямые губы и стони!

И моя королева стонет, закрывая глаза. Черт с ней, пусть прячет глаза, если ей так хорошо. Выгибается моя кошка, содрогаясь, кончая. Умопомрачительная, когда теряет себя, улетая.

— Не убирай руки, все равно ласкай клитор, — велю ей, хотя кошка уже кончила. Наблюдаю, как исполняет, содрогаясь, а сам стягиваю с себя штаны, боксеры, разрываю зубами фольгу презерватива, раскатывая латекс по пульсирующему члену. Сжимаю головку, пытаясь немного остудить себя. Отсрочить свой кайф. — Все, хватит! Не трогай больше себя! Дальше я сам.

Моя королева разогрелась. Теперь горячая, готовая меня принять. Все как я хотел. Хватаю ее, переворачивая на живот.

— Давай, моя хорошая, на четвереньки, быстро! Не могу больше терпеть, — хриплю я, помогая Яне принять нужную позу. Нажимаю на спину, укладывая головой на подушку, а бедра тяну на себя. Дрожит моя кошка. Поглаживаю попку, любуюсь шикарными бедрами. Наклоняюсь, прижимаясь грудью к ее спине, целую плечи, слегка покусывая кожу. — Ты очень красиво кончаешь, — хриплю ей в ухо, веду языком по шее, одновременно обводя пальцами мокрые складочки, собираю влагу, веду по тугому колечку попки, ласкаю.

Не понял.

Что за хрень?

Ведь только что была горячая, податливая девочка. Еще делаю пару круговых движений вокруг попки, и Яна начинает дергаться, вырываясь.

— Не надо, пожалуйста! — всхлипывает в панике, но я не даю ей подняться и ускользнуть, иначе сдохну. Вжимаю лицом в подушки, наваливаюсь сверху, втыкаясь губами в ее ухо.

— Тихо! Что случилось? Что, бля, не так! — злюсь.

— Не надо так… — снова всхлипывает, почти плача. В ее голосе ужас, словно я ее убиваю.

— Да как «так», Яна?!

— Только не туда, пожалуйста, — кусает губы, зажмуриваясь. — Как угодно, только не…

Сам замираю, начиная соображать. Убираю пальцы с ее попки, и девочка выдыхает.

— Ты про анал, что ли? — доходит до меня. Молчит. Губы искусала так, что скоро кровь брызнет. — Я и не собирался, — шепчу на ухо. — Я просто ласкал.