Сделка с врагом. Ответ на измену

Ан-нет забирал. Стоит нам выйти из машины, как один из молчаливых двухметровых «шкафов» подходит ближе и передает Руслану Германовичу увесистую связку. По брелоку в виде рубиновой звездочки, оправленной в золотой круг без труда признаю в ней свою.

— Ты рылся в моей сумке? — выпаливаю, тыкая в Арбатова пальцем, и шокировано распахиваю глаза.

Момент, когда он мог это провернуть в голову приходит быстро: во время моей примерки. Он забрал мои вещи, чтобы те, якобы, не мешали, еще и фыркнул, когда я нахмурилась:

— Арина, иди уже и не кривляйся.

— Да ты... да ты наглый! Беспринципный! Самоуверенный! — шиплю гюрзой. — Я же тебя сейчас стукну!

Сжимаю кулаки, прищуриваюсь и наступаю на двухметровую детину, забывая обо всем. О страхе. О том, что обещала его слушаться. О том, что я — девочка, а они мальчиков не бьют.

— Хочешь покажу, как успешно умею обрывать женские истерики? — выдает также тихо Сатана и вместо того, чтобы отступить от злой меня, наклоняется ниже, опаляя лицо горячим дыханием.

— Любовниц своих усмиряй, — прищуриваюсь, не желая сдавать позиции.

— А ты, милая, у меня кто?

— Я... ты... ну знаешь…

На качелях эмоций подкидывает и штормит.

Как там Тузик грелку рвет? Вот. Я его тоже сейчас так.

— Ар-рина, — звучит предупреждающе.

Застываю, пару раз моргаю и затихаю. Но не от услышанных слов или прочувствованной интонации, а от того огня, что вспыхивает в темных глазах.

Мамочки, точно, Сатана, не скрывающий свой интерес.

Сглатываю и затихаю, убеждая себя, что в лесопосадке по-любому быстрее закопают меня, нежели его.

— Вот и умница, — хмыкает исчадие ада. А потом свои пять копеек вставляет, — зато смотри, как быстро с «вы» на «ты» перескочила.

Боже, хорошо, что под рукой ничего в этот момент нет, а взглядом убивать людей не научили. А ведь я бы смогла. Попыталась бы уж точно.

— Не спеши.

Моя наивность, что вот теперь-то уж меня отпустят домой, разбивается о сухую реальность.

Арбатов вместе со мной и еще двумя бравыми ребятками поднимается на лифте.

Забирает из моих рук ключи от квартиры, отпирает дверь и пропускает в помещение... охрану. Сам заходит следом, а меня придерживает рукой в коридоре.

— Подожди немного.

Застываю, прислушиваюсь и не спорю.

Во-первых, бесполезно, во-вторых, не похож Арбатов на перестраховщика и явно понимает, что делает.

— Чисто.

— Чисто.

Звучат бесстрастные басовитые голоса, и только после этого меня пропускают внутрь.