Сантехник. Твоё моё колено

Он знает триста невербальных способов сказать гостям «до свидания». Он зевал, спрашивал, который час, замечал, что на улице прекрасная погода для прогулок и не хочет ли Катя пройтись перед сном. Интересовался ужином, ковырял золу в камине, мыл посуду, уходил наверх, потому что устал, и снова возвращался. Катя сделала бутерброды, что в переводе с языка молодоженов значило «не будь засранцем». Дом гудел. Алеша захмелел, тряс светлым чубом, строил смешные рожи и много жестикулировал. Рыжая и зеленая подруги смотрели на него влюбленно.

Кеша хохотал, поправлял хромую ногу, просил рассказывать еще.

Комментарии Генриха стали желчны. Он готовился к скандалу. На него все равно не обращали внимания. К ночи его взгляд уже оставлял в душе такой холод, какой бывает, если целовать взасос могильный камень.

Мне стало его жаль. Я поднялся, сказал «какие вы все клевые!» и ушел спать. Хотелось, конечно, чтоб Катя смотрела мне вслед. Вдруг обернулся с лестницы, — она глаз не сводит с Некрасова. А чтоб вы все тут лопнули.

Следующую неделю я просидел в кабинете, отключив телефон.

Написал десять тысяч слов. Стер. Написал еще три тысячи. Снова уничтожил. Купил в подарок коробочку дорогого гватемальского кофе, поехал узнавать, как проходит соблазнение. Раппопорт, меня увидев, выгнал из кабинета очередную плачущую женщину. Настроение у него было отличное.

— Елизавета Вторая? — спросил я.

— Не-не. Даже не сравнивай. Лиза — это Лиза, — сказал он и поднял палец.

— Хорошо. Перейдем к главному. Как скоро падет крепость по имени Катя?

— Все отлично, — рассказал психолог.

 — Она с Генрихом еще не рассталась. Даже не поссорилась. Но он ее ревнует, значит, дни сочтены.

— А вдруг, наоборот, начнет ухаживать с утроенной силой, снова очарует? Тогда хана нашим планам.

— Нееет! Чем больше будет стараться, тем верней проиграет. Ревнующий мужчина не обаятелен, не остроумен. И чем сильней его ревность, тем скучней.

— Итак, когда победа?

— Нам нужен решительный бросок.

— Может, вернемся к идее любовного зелья? Ты же можешь, я знаю.

А еще лучше, пусть наш Ромео заколет Катиного брата! Дуэль со смертельным исходом очень развивает отношения. Мировая литература так считает, и я ей доверяю.

— Нет, не надо увечий. Но принцип верен. Алексей должен стать героем.

Колесо

План, в котором Некрасов избивает хулиганов с помощью таинственных восточных практик даже не рассматривали. Раппопорт предлагает безыскусную замену пробитого колеса. Это самый доступный способ прослыть настоящим мужиком.