Роман с убийцей

Единственного своего соседа Олег не боялся. Мужик рыхлый, мягкотелый и на вид слабохарактерный, и на прочность. Таких не берут в космонавты.

Но в то же время от ментов Олегу не защититься. Если они захотят, то сделают, в любой момент на вилы поднимут. В принципе можно было бы и поспать, пока реально серьезная личность к нему не пожаловала.

Олег будил мужика не самыми оригинальным способами. То ногой его пихнет, то носком вонючим ему нос накроет. Олег усмехнулся, вспомнив про другой способ. Посвистеть надо тихонько, чем тоньше, тем лучше.

Все-таки Олег засвистел. Мужик и в самом деле заткнулся, но, скорее всего, ненадолго.

Олег закрыл глаза в ожидании очередной психической атаки. Однако время шло, а мужик тихонько сопел в две дырочки. Олег не знал точно, можно ему спать или нет, но заснул. Вымотал его храп, а тишина добила.

Даже во сне он все ждал, когда сосед по камере захрапит. Может, потому тот ему и приснился. Олег видел, как мужик поднялся со своего места, воровато глянул по сторонам и осторожно приблизился к нему.

Мужик двумя руками схватил Олега за горло, крепко прижал голову к нарам. От натуги рот его открылся, и Олег увидел кривые зубы с коричневым отливом.

Он ничего не понимал. Мужик навалился на него всем своим весом, фактически ломал кадык, обеими руками с исполинской силой сжимал горло. Олег все никак не мог проснуться, дышать, ему не хватало воздуха.

Или это не сон?…

Ужас навалился на Олега наяву. Убийца смог размягчить его сознание своим храпом, в итоге он прозевал момент и теперь пожинал плоды своей беспечности. Хватка у мужика железная, сопротивляться бесполезно, но Олег все же попробовал ударить его ногой, а затем и рукой. Однако все напрасно.

Олег вдруг понял, что ему нужно умереть достойно, со смирением, но не по-настоящему.

Он прикинулся покойником, но понимал, что жить ему оставалось совсем чуть-чуть. Мужик не ослаблял хватку, и сознание Олега стало гаснуть.

В себя он пришел уже на том свете. Парень даже не понимал, в каком положении находится, стоит, сидит или лежит. Он знал только, что не движется, пребывает в состоянии полнейшего покоя.