Роковая ночь

Потом для императора и Халафа подали паланкин, сделанный из резного дерева лучших пород; их понесли двадцать отборных телохранителей, и с каждой стороны шагал генерал с зонтом в руках, чтобы защищать императора и его почетного гостя от лучей солнца. Процессию завершали триста евнухов.

Выбравшись таким образом за пределы города, они вскоре достигли подходящего места, где их уже дожидались сокольничие. Началась охота на перепелов, которой император с Халафом забавлялись до темноты. После захода солнца собрались в обратный путь.

Во дворце их ждало роскошное угощение, после которого Алтан-хан пригласил юношу в зал, предназначенный для развлечений. Там мандарины уже занимали свои места, и император усадил Халафа рядом с собой на трон черного дерева, украшенный золотыми фигурами. Когда все расселись, началось представление. Сначала гостей развлекли певцы и музыканты; потом они удалились, чтобы дать место искусно сделанному слону, который скачками выбрался на середину зала и изверг из себя шестерых танцовщиков и танцовщиц. Они исполнили несколько танцев. Никакой одежды, кроме набедренных повязок и головных уборов из парчи, на них не было; когда они закончили свои пляски, то забрались внутрь необычного слона, и он ушел так же, как и появился."

"Развлекаясь таким образом, они провели время до той поры, когда надлежало отходить ко сну. Евнух с горящим факелом, в котором змеиный жир был перемешан с воском, подошел к Халафу, чтобы проводить его. Основа факела была золотая; Халаф прошел с ним в богато убранное помещение, приготовился лечь в постель и остался один.

И вдруг он обнаружил, что в отведенных ему покоях есть еще кто-то. Это была молодая красавица, уступавшая лицом и статью разве только самой Турандохт, в красном платье, затканном серебряными цветами, а поверх него еще и в длинном одеянии из белого атласа, вышитого золотом и украшенного огромным количеством рубинов и изумрудов. На голове ее красовалась маленькая шапочка, отделанная жемчугом и серебром и позволявшая видеть ее роскошные, украшенные цветами волосы, скрепленные алмазными пряжками. При виде Халафа она поднялась с сиденья, где лежала ее вуаль, и поклонилась ему со словами:

— О царевич, я не сомневаюсь что вы удивлены моим появлением! Что может делать женщина в ваших покоях? Но важное дело, которое меня сюда привело, заставляет меня забыть обо всякой опасности и требует, чтобы я вам немедленно сообщила нечто серьезное.