Рецепт счастливого развода (СИ)

-Лилечка, разве я бы взял такую грубую халтуру, не будь у меня уверенности, что судья тоже закроет глаза на неё? За кого ты меня принимаешь?

“За мудака” - хотела бы ответить я, но было ещё чуточку рано.

Он продолжил:"

"-Так, я, собственно, забежал ненадолго - у меня ещё одно заседание. А потом пойдём обедать, хорошо? Считай, что у нас сегодня короткий день. За ужином можем обсудить дело Кравцовых. Что-то ты не то наговорила Лавру, он был недоволен. Ты, конечно, отвыкла работать с людьми, но всё-таки…

“Вот подонок” - скрипнула я зубами.

Теперь оставалось надеяться, что его не принесёт до шестнадцати часов, к моменту, когда у меня была назначена встреча с Виктором Геннадьевичем.

Шефу было чуть за сорок. Выглядел он попроще, чем на отфотошопленных официальных фотографиях, и я с облегчением выдохнула, почувствовала себя уверенней.

-Лилия Шафранова? - он приподнялся, приветствуя меня, - присаживайтесь, прошу вас. Обычно я сразу беседую с новыми сотрудниками, но дел навалилось.

Он улыбнулся, приглаживая русые волосы широкой ладонью.

-Здравствуйте, Виктор Геннадьевич. Рада познакомиться с вами лично, - я тоже улыбнулась ему, почувствовав на своём лице непривычные мне очки. Совсем от них отвыкла, только в студенчестве и носила.

-Мне много рассказывали о вас и Даниил константинович и ваш бывший супруг…кстати, как вам работается в одном здании?

-Ещё не поняла, - ответила я честно, - мне кажется, если все будут заниматься своим делом, и не смешивать личное с общественным…всем будет просто.

Виктор Геннадьевич рассмеялся негромко, с любопытством разглядывая меня. Он был каким-то…живым, что ли. Или был искусным игроком в маске.

-Признаться, очень рад это слышать. Значит, вы просто пришли познакомиться. Хотите чего-нибудь? Чай, кофе?

-Нет, спасибо. К сожалению, я не просто поболтать пришла.

Шеф поднял брови.

-Вот как. Что ж, тогда оставим любезности, перейдём к делу.

Говорила я долго, как мне показалось. Боясь упустить каждую деталь, которая могла бы оказаться важной для моего собеседника.

Виктор Геннадьевич больше не улыбался. Он слушал внимательно, изучал каждый документ. Хмурился.

Когда я закончила, он посидел немного, затем резко встал.

Я ждала, когда он заговорит.