Ребёнок магната. Не.Разлучные.

 — После того, как Адам забрал малыша к себе, сразу же материализовались «любящие родственники», которые выразили готовность установить над ним опеку. Конечно же, в надежде, что им обломится что-то от деда, — укоризненно зыркает на Адама, который, по сути, привлек лишнее внимание к Дану своей заботой. Впрочем, так же он невольно и меня подставил. — Загвоздка в том, что опеку над сиротой гораздо проще и быстрее получить семейной паре, а не холостяку. Родня прознала об этом — и уже «кандидатов» готовила. Тогда я и принял решение заключить фиктивный брак с Аней.

— По истечению срока мы разводимся, я отказываюсь от прав на мальчика, — подтверждает его слова Новак. — И становлюсь директором одного из филиалов компании в соседнем городе.

— Уже стала, — уточняет Ян. — Документы на усыновление Даниэля будут готовы со дня на день. Я собирался рассказать тебе, Мика, когда самое важное будет сделано, — подается вперед, но я импульсивно откидываюсь на спинку стула. — Еще пару месяцев до конца срока Анна будет числиться моей женой, чтобы не вызывать лишних подозрений.

— Да, все так, — подтверждает Новак, и они выглядят, как единая команда. Меня это невероятно раздражает. — Когда мне позвонил Вадим, я сорвалась с места незамедлительно — и примчалась сюда. Чтобы не подводить Яна, — объясняет с оттенком вины.

— Ты правильно поступила, — холодно отзывается Левицкий. — Но впредь сначала звони мне, чтобы избежать подобных… казусов, — инструктирует Анну, а сам напряженно поглядывает на меня.

«Сам ты казус, Левицкий! У тебя в особняке любовница! Беременная! По совместительству, двоюродная сестра! А ты тайнами оброс!» — так и тянет проорать ему в лицо, а вдобавок пощечину залепить.

Но я сжимаю руки в кулаки, царапаю ладони ногтями — и выдыхаю.

— Допустим, ты ради Даниэля не раскрывал мне вашу тайну, — зло зыркаю на Анну, потому что все равно не могу спокойно реагировать на жену моего… Кто он для меня? — Но разве так сложно было… ПОДОЖДАТЬ? — дерзко изгибаю бровь. — До окончания срока вашего договора…

Ян мгновенно понимает мой намек, но я не замечаю на его лице ни тени раскаяния.

— Я принял решение. И это ничего бы не изменило, — нагло заявляет.

— Ты ошибаешься, Ян, — произношу ледяным тоном. — ЭТО уже многое изменило.

Левицкий замирает, анализируя мои слова. Но вряд ли он догадается, в чем дело.