Пари, милорд!

– Разве вашему кузену не нужны деньги?

– Есть более простой и приятный способ их получить, – отложив перо, усмехнулся Стейн и, видя мое недоумение, пояснил: – Эндрю всего лишь нужно жениться на моей… вдове. Учитывая, что кузен любит хорошеньких женщин, для него это не составит никакого труда.

– Вы так легко об этом говорите.

Я с неодобрением посмотрела на Стейна. Тот выглядел непробиваемым, как скала, и мне вдруг отчетливо вспомнилось, как бережно и нежно он обнимал меня ночью. И каким надежным казалось плечо, на котором я лежала.

«Опомнись, Софи! – тут же одернула разыгравшееся воображение. – Не вздумай привыкать к Стейну, иначе потом будет больно».

Что ж, опасение не было напрасным. Я знала за собой эту глупую особенность привязываться к пациентам, и всячески с ней боролась. С переменным успехом, конечно. У меня не всегда получалось отстраниться от больного и смотреть на него исключительно как на объект лечения, хотя тер Гердин говорил, что это один из признаков настоящего профессионала.

– Успокойтесь, София, – ответил Стейн и посмотрел на меня иначе, чем обычно. В черных глазах больше не было холода. И мне даже показалось, что в их непроницаемой глубине мелькнула нежность. – Ни мне, ни вам ничего не угрожает, – добавил он и коснулся обручального кольца, прокрутив его на пальце, и у меня снова зачесалось запястье. – Поверьте, я смогу вас защитить.

Он собирался добавить что-то еще, но в этот момент перстень на его руке полыхнул черным пламенем, и на стол опустилось запечатанное письмо.

– Этого только не хватало, – пробормотал Стейн.

Он нахмурился, вскрывая печать, и хмурился все больше, вчитываясь в витиеватые строки послания.

– Плохие новости? – Рискнула спросить «супруга».

– Отвратительные, – ответил тот, и его лоб пересекла едва заметная морщинка.

– Я могу чем-то помочь?

– Полагаю, да, – после короткой паузы, во время которой морщинка стала глубже, ответил Стейн.

– Это так необходимо?

– К сожалению, я не могу проигнорировать приглашение, – сухо ответил Стейн, а потом потянулся к переговорнику и назвал фонистке адрес. – Лурье, моей жене понадобится вечерний наряд, – после короткой паузы сказал Стейн.