Развод в 50. Двойная жизнь мужа (СИ)

Паренек молодой настойчиво предлагает провести меня хотя бы до такси, я бегло смотрю на широкие панорамные окна Пулково, вижу, как снег клубами валит, и понимаю, что вероятность распластаться, не отходя от выхода, велика.

Он меня усаживает в такси Комфорт+, в машине играет ненавязчивая мелодия радио «Эрмитаж».

Я смотрю в окно, наблюдая как серый Питер забирает улыбки с лиц прохожих, высасывая из них все жизненные силы.

— Доча, ты сейчас где? — набираю Еву.

— Я с Пашей, пап. Ольга сегодня не приходила к нему, а я вот с утра тут тусуюсь.

Я улыбаюсь, мне нравится, что у моей девочки такой характер. Так странно, но еще несколько месяцев назад я считал ее безответственной и невоспитанной хабалкой, которая умеет только тратить деньги. Ругал себя и Марту за то, что упустили дочь.

А теперь понимаю, что ничего мы не упустили. Да, она дерзкая. Да, она резкая на высказывания. Но она такая живая и смелая. Такая храбрая.

— Я не против, дочунь. Главное, чтобы все было в меру.

— Спасибо, пап.

Я хоть ее и не вижу, но точно знаю, что она улыбается.

— Ева, у меня тоже к тебе есть просьба небольшая. Не говори никому, но я уже подъезжаю к больнице.

— Как это? Пап… Ты чего? У тебя же процедуры.

— Доченька, я себя нормально чувствую уже. Врач сказал, что не критично, если я пропущу пару занятий.

— Но я же тут рядом с ним…

— Я понимаю, Ев. Но мне тоже важно быть рядом с вами.

Я узнаю знакомые дворы. Понимаю, что мы уже сворачиваем к больнице. С карты сразу списывается сумма за поездку. Таксист достает трость из багажника и помогает мне вылезти на улицу.

В регистратуре тут же проверяют паспорт, оформляют пропуск.

И через десять минут стандартные бюрократических процедур я уже открываю палату к сыну.

Ева замечает меня первой, но зная, что Паша не любит резких движений и пугается их, улыбается мне и аккуратно отвлекает брата от кубика рубика.

— Пашка, папа пришел.

— Папа? — сын смотрит в сторону, потом переводит взгляд на меня. Быстро-быстро кивает головой, как обычно делает, когда рад, — Папа.

— Привет сынок, — я сбрасываю твидовое пальто на кресло у входа и подхожу к детям. Тереблю макушку сыны, оставляя на ней короткий поцелуй. После целую дочку.