Развод в 50. Двойная жизнь мужа (СИ)

Ольга кивает и делает вид, что занята своим телефоном, хотя явно подслушивает.

— Ну… — Татьяна запинается. — Просто мы все в шоке.

— В шоке от чего? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри что-то обрывается.

Татьяна выглядит так, словно хочет проглотить свои слова, но потом наклоняется ближе и говорит:

— Вы, наверное, ещё не видели статью?

— Какую статью?"

"Татьяна вытаскивает телефон, быстро что-то ищет и, немного поколебавшись, протягивает его мне. Я смотрю на экран и чувствую, как мир вокруг начинает кружиться.

«Чиновник Гордей Зарудный разводится с женой после тридцати лет брака. Официальные источники пока не подтверждают, но инсайдеры утверждают, что супруги уже начали процесс развода. Сам Зарудный комментариев не даёт.»

Я перечитываю текст снова и снова, словно от этого смысл изменится. Но слова остаются такими же: «разводится», «процесс», «30 лет брака».

— Это что, какая-то ошибка? — спрашиваю я, поднимая глаза на Татьяну.

— Мы все очень сочувствуем вам, — тихо говорит она. — Это… ужасно, что такие вещи обсуждаются публично.

— Публично… — я произношу это слово шёпотом, чувствуя, как внутри меня нарастает паника.

Я поднимаюсь, почти не замечая, как стул задевает соседний стол. Мимоходом ловлю любопытные взгляды студентов и коллег, но не останавливаюсь. Мои шаги становятся всё быстрее, пока я не оказываюсь на улице.

Воздух холодный, влажный, пахнет снегом. Я опираюсь на стену университета, достаю телефон и трясущимися руками набираю номер Гордея.

— Алло? — его голос звучит спокойно, но я тут же срываюсь.

— Гордей, ты видел эту статью? — говорю я, чувствуя, как голос поднимается на октаву выше.

— Марта… — начинает он, но я перебиваю:

— Почему ты меня не предупредил?! Ты понимаешь, что это значит? Все теперь знают. Все!

— Я пытался связаться с тобой, — отвечает он. — Но ты не брала трубку.

— Потому что я не хочу говорить с тобой! Но разве это повод для того, чтобы я узнавал о таких вещах из новостей?!

Он молчит, и это молчание сводит меня с ума.

— Ты хотел обезопасить себя? — продолжаю я. — Чтобы никто не подумал, что ты недостаточно компетентен? Или что?

— Я хотел защитить тебя, Марта, — говорит он тихо. — Чтобы пресса не трогала тебя, чтобы никто не строил догадок.

— Отлично получилось, — горько усмехаюсь я. — Теперь все университеты страны будут обсуждать, как я потеряла мужа.

— Это не моя вина, — возражает он, и в его голосе появляются резкие нотки. — Это утечка. Я не давал никаких комментариев.