Развод в 47. Я тебя никогда не любил

— А Ира, Эрика… как так с родной матерью… Мне всегда нравилось, что вы были как подруги… — он в растерянности. — Хотя меня же предали. Но мать, это другое. Это недопустимо.

Не может осмыслить. У него на шее вены вздуваются, виски трет.

— Дим, откровенность, за откровенность. Что там у вас с Ирой произошло?

Он морщится, словно от удара. В глазах боль стоит.

— Она что изменила тебе? — высказываю самую очевидную догадку.

— Знаешь, — вертит задумчиво чашку с кофе в руках, — Если бы она изменила, полюбила другого, я бы понял.

— Что? — внутренне сжимаюсь.

Очередная правда про моих родных.

— Все началось банально, Ира захотела новую машину. Не просто новую, а безумно дорогую, крутую модель. А я же ей пять месяцев назад на днюху подарил хорошую тачку. Все как она хотела. А тут ей в голову взбрело, ты же меня любишь, так купи, — трет лицо рукой. — А я как раз в новый проект деньги вложил. Не было у меня такой суммы свободной. Да и не разумная трата была.

— Дим, — закрываю рот ладонью.

Хочется что-то сказать. А слов нет…

— Ты думаешь, это все? — вздыхает. — Нет, даже это было не самым сильным ударом. Бабки можно заработать, а вот то, что я узнал дальше… — сжимает чайную ложку до побелевших костяшек.

Глава 37

— Что еще? — тяжело сглатываю.

Это моя любимая дочь, долгожданная, сколько слез было пролито, когда она болела, сколько врачей пройдено, лечение, бессонные ночи, борьба за то, чтобы она выросла здоровой.

— Я идиот даже тогда думал, что мы все уладим. Думал, достучусь до нее. Оль, я любил ее до дрожи. Все для нее. И когда дочь родилась. Так я вообще с нее пылинки сдувал. Но вот машину не купил… — передергивает плечом. — Я тогда раньше домой пришел.

Они были очень воодушевлены разговором, орала музыка и меня не слышали и не видели.

— Тачка крутая у тебя сестренка. Я все смотрю налюбоваться не могу. Дорогущая, капец. У нашего папки такой нет, — восторженно щебетала Эрика.