Развод. Ну и сволочь же ты! (СИ)

Он поцеловал меня в лоб, затем в губы, и каждое его прикосновение было полно страсти и заботы.

— Хлоя, я так долго ждал этого момента, — прошептал он. — Ты — моя душа, мое все. Я люблю тебя больше, чем жизнь.

Дориан убрал мне волосы с одного плеча и провел кончиком носа по моей нежной коже. Он заметил, как мое тело отреагировало на его действия и покрылось мурашками. Мое дыхание участилось.

Другой рукой он аккуратно провел по локтю вверх к плечу, обрисовал ключицы, медленно, не торопясь. Сдержать стон было просто невозможно.

Я услышала, как зашелестела ткань его пиджака, как она с глухим шорохом упала на кресло, как Дориан медленно, не таясь, словно хищник, подкрадывается ко мне со спины. Это будоражило меня, и заставляло закипать кровь в преддверии ночной феерии чувств и совместных стонов.

Он подошел и прижался к спине, сразу стало тепло, а потом откинул мои волосы в сторону и нежно дотронулся кончиком носа до шеи. Это движение заставило все волоски на моем теле встать дыбом.

Но терпению пришел конец. Да и мы слишком долго ждали. Дориан развернул меня к себе. А дальше все было как в тумане. Как мы избавились от мешающей нам одежды — сложно сказать. Я немного пришла  в себя, когда спины коснулся холод шелковой простыни.

Мои пальцы заметно подрагивали от напряжения, что я так явственно ощущала между нами. Я желала своего мужа до безумия.

Дотронувшись до его кожи, я чуть не застонала в голос и аккуратно провела по кубикам пресса незаметно для самой себя выпущенными коготками.

Мой дракон впился в мои губы, опустился сверху, а дальше… Дальше я потерялась в водовороте удовольствия, что дарил мне любимый. Он сжимал меня в крепких и сильных объятиях, заставляя срывать голос от наслаждения.

Невозможно было передать словами весь спектр чувств, что я испытала в тот момент. Мне не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась, мне нравилось быть желанной и защищенной одновременно, чувствовать это всё от одного мужчины.

От каждого толчка и укуса Дориана я приходила в восторг и ни в чем не уступала ему. Тоже рычала, царапала его спину, кусала его тело, оставляя на нем следы, заявляя на него права, ставя метку истинности и получая в ответ такую же.