Развод. (не)фиктивная любовь (СИ)

Сначала мне даже кажется, что мне это чудится, потому что когда мы женились, у Артура не было никаких дел, для которых ему бы понадобился кабинет.

Напоминаю себе, что прошло много лет. И вполне возможно, он либо перенял часть бизнеса отца, либо создал что-то свое. Почему нет?"

"В любом случае долго на пороге я не стою, и, поддавшись любопытству, захожу вовнутрь.

Направляюсь к его рабочему столу, чувствуя нарастающее в груди сердцебиение.

В полумраке на отполированной поверхности вижу рамку с фотографией. Подношу к лицу, так чтобы на снимок падал свет из коридора.

Горло тут же обхватывает когтистая лапа агонии, которую я еще никогда не испытывала.

Зачем? Зачем ему именно это фото?

Глава 5. Нет никаких чувств

Я забываю о времени, и о том, кто в любой момент может заметить мое присутствие в своем кабинете. Я почти уверена, что мне сюда вход воспрещен.

Ведь кто я в его судьбе? Так, недоразумение.

Наивная дурочка, которую ему подсунул отец, а Грозовой младший, уж не знаю в силу каких причин, не смог остановить нашу свадьбу.

Годы жизни за границей, новая страна, другая культура и воспитание дочери в незнакомой среде — все это, как ни странно, помогало отвлечься. Я огромными усилиями загнала мысли про свой несчастливый брак далеко-далеко. В самый потаенный уголок души.

Чтобы никто не узнал правду о том, как именно на свет появилась моя любимая Сара.

И о том, что я была нежеланной невестой, нелюбимой женой, и в итоге стала изгнанной матерью с младенцем на руках.

Впроголодь я не жила.

Оказалось, что когда рядом нет мужа, который тебя не любит и открыто это показывает — жить легче. И дышать тоже — легче.

Теперь же, когда я в России, и Артур решил вывести наш фиктивный брак на новый виток, я не понимаю, откуда мне брать силы продолжать.

А продолжать надо.

Через боль. Через ссоры. Через «не могу».

Отец мне так и сказал, что браков по любви не существует, потому что рано или поздно недостаток денег все убивает.

Ведь за нами стоят две империи. Два мастодонта бизнеса — Грозовой старший и Молчанов.

И да, мне было сказано засунуть свое мнение в то самое место. А еще не пикать и не показывать характер.

Отец гордо говорил мне, что я еще буду его благодарить.

Интересно, когда настанет этот день? Я до него вообще доживу?

Сердце больно-больно бьется о ребра, не давая толком вдохнуть.