Разрушительная игра

На вкус она как мята и сахар – отныне это мой самый любимый вкус на свете.

Я толкнул ее к краю бассейна и сильнее сжал волосы, ни на секунду не отрываясь от губ.

Наш поцелуй не был сладким. Он был тяжелым, требовательным и собственническим, выстраданным за годы сдержанности, неудовлетворенности и напряжения, но Бриджит абсолютно мне соответствовала. Она тоже потянула меня за волосы, ее язык переплелся с моим, а тихие стоны взбудоражили мой член.

– Этого ты хочешь? – Я ущипнул ее за сосок через бикини. Чертово бикини.

– Да. – Бриджит выгнулась под моим прикосновением. – И еще. Прошу.

Я застонал. Она определенно меня прикончит.

Я еще раз страстно поцеловал Бриджит, а потом обвил ее ноги вокруг своей талии и понес из бассейна наверх, в ее комнату.

Я положил ее на кровать, наслаждаясь зрелищем. Мокрые волосы, сияющая кожа, покрасневшее от возбуждения лицо.

Больше всего на свете я хотел погрузиться в нее так глубоко, чтобы она никогда меня не забыла, но даже разгоряченный вожделением понимал: это невозможно.

Если мы перейдем этот рубеж, я никогда не отпущу ее, и это погубит нас обоих. На себя мне было плевать.

Но – Бриджит? Она заслуживала большего.

Заслуживала целый мир.

– Желание номер четыре. Два правила, – сказал я охрипшим голосом. – Первое: все, что мы сделаем, останется здесь. В этой комнате, этой ночью. Мы больше никогда об этом не заговорим. Ясно?

Это было жестко, но необходимо – нам обоим. Иначе я слишком легко мог потеряться в фантазиях, а они опаснее любого хищника или врага.

Бриджит кивнула.

– Второе: не трахаться.

На ее лице отразилось замешательство.

– Но ты сказал…

– Есть и другие способы добиться оргазма, принцесса.

По телу Бриджит пробежала легкая дрожь, но она поднялась на колени и выполнила мою просьбу, мучительно медленно развязав сначала верх, а потом низ.

Господи Иисусе.

Поскольку я не мог прикоснуться к ней руками – пока нет, – я ласкал ее глазами.