Разрушительная игра

 – У меня осталась неделя. Неделя до…

Меня охватил ледяной ужас.

– До чего? – спросил я, и к горлу подступила желчь. – Ты больна?

– Нет. – Бриджит отвела взгляд. – Здорова. И получаю то, о чем мечтает большинство.

Короткую вспышку облегчения сменило замешательство.

– Титул наследной принцессы, – пояснила она. И устало прислонилась к комоду. – Да-да, я знаю. Проблемы первого мира и все такое. Люди голодают, а я жалуюсь, что наследую трон.

Мое недоумение удвоилось.

– Но принц Николай…

– Отрекается. Ради любви.

Твою мать. У нас что, семнадцатый век?

– Чушь какая.

– Да, но мы должны ее соблюдать. И я тоже – теперь, когда оказалась следующей в очереди на трон.

У меня вырвалось глухое рычание при мысли, что она выйдет замуж за другого мужчину. Это бессмысленно, но, когда дело касалось Бриджит, в моих реакциях никогда не было смысла.

Принцесса продолжила, не обращая внимания на мое смятение.

– На следующей неделе дворец объявит все официально. До этого никому говорить нельзя, поэтому я и не рассказывала. – Она тяжело сглотнула. – Тогда я стану официальной наследницей престола, и собственная жизнь перестанет мне принадлежать. Все мои действия и слова будут представлять корону, а я не могу подвести свою семью и страну. – Она глубоко вздохнула.

Я молчал, переваривая новости.

Бриджит, будущая королева Эльдорры. Твою мать.

Она права: большинство женщин убили бы, чтобы поменяться с ней местами. Но Бриджит – девушка, которая однажды выбежала на улицу посреди грозы и танцевала под дождем. В свободное время она помогала в приюте для животных и предпочитала модным вечеринкам домашние посиделки с мороженым перед телевизором.

Титул королевы не был ее мечтой; он был ее худшим кошмаром.

– Я никогда не должна была оказаться на троне – я запасной вариант. – Бриджит моргнула, ее глаза блестели от непролитых слез. Моя грудь сжалась. – Я никогда не должна была там оказаться, – повторила она.

Я схватил ее за подбородок и заставил посмотреть на себя.

– О тебе можно сказать многое, принцесса. Ты упрямая, временами бесишь и нередко бываешь занозой в моей заднице.