Пышка с характером

В принципе, человек может смириться с любой, даже с самой невероятной ситуацией. Плюнув на пропавшего невесть куда мужа, Маруся застелила неразобранный диван и улеглась спать, подогнув ноги.

Глава 15

Утро началось с сильного тычка в бок и расплывчатого блина с глазками, который маячил перед Марусиной физиономией и медленно трансформировался в некое подобие человеческого лица. Когда она окончательно проснулась и села, вздрагивая от холода и недосыпа, блин окончательно приобрел очертания портрета любимой свекрови.

Портрет сурово прокаркал:

– Сколько можно спать, работать пора, не в городе… Никто тебе кофеев в постель не понесет!

– Доброе утро, – попыталась Маруся настроить беседу на более дружелюбную волну.

– Да день уже давным-давно, – рявкнула мама. – Восемь часов, обедать скоро!

«Спятила бабка, – решила Маруся. – А Витя где?» – неожиданно вспомнила она о своем семейном положении, наткнувшись взглядом на спинку собранного дивана.

– Витя где надо. Давай вставай, на огород пора.

«И где он?» – злобно подумала Маруся, выбираясь из-под теплого одеяла и с трудом распрямляя затекшие за ночь ноги.

– Мне б в туалет, – робко вякнула Маруся, с трудом натянув на себя сарафан под тяжелым взглядом свекрови, застывшей посреди комнаты, как памятник.

– Только быстро.

– Господи, как в тюрьме. Съездили в гости, – ошарашенно пробормотала Маруся, бочком пробираясь мимо свекрови.

– На мальчишнике, – язвительно сообщила Раиса Гавриловна, неодобрительно шаря взглядом по обтягивающему сарафану.

– А… В каком смысле? – Маруся на мгновение представила кучку деревянных будок, собравшихся в кружок и обсуждающих свои проблемы, похлопывая дверцами и позвякивая защелками. – Тьфу! Да туалет где?

– На огороде. – Свекровь развернулась и вышла, оставив ее в задумчивом одиночестве.

– На огороде, – пробубнила Маруся. – Это где? Опять в кустах, что ли?

Но в самом конце перепаханного картофельного поля действительно нашлось скособоченное строение.

– Хочу домой, – сама себе сообщила Маруся.

Выпив на завтрак кружку холодного молока, она навесила на лицо выражение радости и отправилась искать Раису Гавриловну. Та гремела в сарае и отчетливо материлась.