Пышка с характером

Но она была, и как объяснить сей прискорбный факт Марусе, впавшей в бешенство и не желавшей его выслушать? А звонок неизвестной вообще наводил на мысль о происках врагов. Никаких врагов, кроме потенциальных конкурентов, у него не было, но последних вряд ли волновала его личная жизнь. Их интересы сталкивались лишь в бизнесе, но не в постели. Стас решил идти от обратного. Если невозможно доказать, что он не верблюд, то надо пытаться достичь примирения иным путем: попросить прощения за то, чего не совершал. Дико, но иного выхода Стас не видел.

Маруся не простила. Серьги и цветы полетели ему в лицо. Стас сдался и переехал к себе.

Только Макс, требовавший маминого молока и ласки, удержал Марусю от самоубийства. Она жила как робот, выполняя необходимые действия: готовила, стирала, убирала. Осенью Маруся вернулась в институт.

Накануне начала занятий она твердо решила вступить в единоборство с судьбой. У нее оставался еще туз в рукаве – Антон. Преданно любивший ее столько лет и преданный ею. Маруся сумеет заслужить прощение. Она не останется одна…

Весь август Маруся названивала ему домой, но там никто не отвечал. Наконец ей повезло.

– Ой, простите, Антона можно? Это из института, – торопливо добавила она.

– Здесь такого нет, – равнодушно ответила женщина.

Маруся растерянно послушала гудки и позвонила опять. Когда прозвучал тот же голос, она окончательно смешалась и пробормотала:

– Простите, видимо, он переехал.

– А-а, мы с ними поменялись, – догадалась женщина. – Могу дать номер, прежние хозяева оставили.

– Спасибо, – обрадовалась Маруся и торопливо записала цифры.

Услышав голос Антона, она почувствовала себя увереннее.

– Антоха, привет! Сто лет тебя не слышала! Как жизнь? Это Марина. Узнал?

– Узнал.

В трубке повисла напряженная тишина.

– Ну, чего молчишь? Ошалел от счастья? – смело пошутила Маруся.

– Знаешь, Марин, ты угадала. Сейчас я именно ошалел от счастья. Я тебе благодарен. Ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарен за все!

– За что? – удивилась Маруся. Разговор получался странным.