Путь одиночки. Книга 4

Мимоходом я отметил, что уродливые фиолетовые прожилки продолжают распространяться по его лицу. Действие яда постепенно усугублялось

— ПРЕДАТЕЛЬ! — в ярости взревел паладин. — ТЫ СДОХНЕШЬ НА ПЫТОЧНОМ СТОЛЕ!

В следующий момент он буквально растворился в воздухе, применяя уже знакомое мне умение рывка. Ход был ожидаемый и мною предусмотренный. Я уже отошёл за каменный угол у боковой стены, за которым и укрылся.

Сильнейший грохот разорвал тишину. Казалось, здание содрогнулось. Во все стороны полетели осколки камня, однако паладина это ни капли не расстроило.

Снеся наплечником каменный угол, он даже не обратил на это внимания.

— Не спрячешься! — прорычал он. — Я…

Его скрутил мучительный приступ. Пользуясь этим, я нанёс колющий удар Когтем. Однако, несмотря на скрюченную позу и то, что он не мог видеть атаки, паладин успел среагировать. Его движение было точным и невероятно быстрым — латной перчаткой он отвёл клинок в сторону.

Кровавое наитие ударило в виски бодрящей волной.

Ментальная энергия пошла полноводным потоком на подпитку умения. Сознание охватила ярость Хищника — кажется, он тоже ощутил, что я пребываю в смертельной опасности.

Прямой удар латной перчаткой был столь быстр, что воздух будто загудел. На какой-то неуловимой смеси скорости, интуиции и опыта Хищника я чудом пропустил атаку мимо себя. Тут же раздался треск камня — паладин, похоже, пробил стену.

Я проскользнул мимо воина, стремясь уйти от атаки.

Пользуясь моментом, я перехватил Коготь обратным хватом и полоснул паладина по боку. Неожиданно для меня, доспехи воителя выдержали атаку, не позволив открыть счёт в нашей схватке.

Двигаясь на предельной скорости, я выбежал из церкви. Видимо, рывок требовал концентрации сил и не мог применяться сразу, поэтому паладин выскочил следом за мной просто бегом, хоть и так он был очень быстрым.

— Что вы видите, уважаемый паладин? — крикнул я. — Ваш бог не помог спасти ни народ, ни мир.

Он даже себя не спас.

На мгновение мне показалось, что в глазах врага вновь шевельнулся здравый рассудок. Если так и было, весь ужас открывшегося вида мгновенно загнал его обратно в глубины подсознания. Но вместе с тем паладин дёрнулся, теряя драгоценное время.

— Еретик! — уже практически просипел он. — Ты предстанешь перед справедливым судом!

Несмотря на его ярость, отравление, кажется, переходило в терминальную стадию.