Проклятые

Девочки рассказывали о Мэтте, какой он добрый и хороший, угощает их сладостями, веселит всю дорогу, пока везет в школу или домой, рассказывает смешные истории. Но уже тогда родителям не нравилась и настораживала эта дружба с взрослым мужчиной, а когда погибли девочки, обрушили свою ненависть и обвинения именно на странного водителя, не равнодушного к детям. Вот так Мэттью Ландж оказался на скамье подсудимых. Вся ярость и ненависть города обрушилась на него, и, не смотря на недостаточность улик, его признали виновным и осудили, — Джек помолчал.

Некоторое время Кэрол не произносила ни слова, пораженная услышанным. Потом проглотила стоявший в горле ком, и тихо поинтересовалась:

— Все это вы прочитали в его деле?

— Нет, что вы! После нашего с вами визита в тюрьму, я из любопытства покопался в архиве, изучил сводки. О его слезах, например, я прочитал в одной из статей какой-то газеты.

— Вот видите, он не виноват, а псих, который это сделал, до сих пор гуляет на свободе!

— После того, как Мэтт был арестован, аналогичных преступлений больше не было.

— Но вы же сами сказали, что убийца — это больной психопат, невменяемый и неуравновешенный. А Мэтт нормальный, врачи это признали!

— Чужая душа — потемки. А человеческая психика непостижима, — скептически заметил адвокат.

— То, что вы мне рассказали, лишь подтверждает, что Мэтт не виновен! Его посадили за его чрезмерную доброту, за то, что любил детей! А еще потому, что больше сажать было некого, настоящего убийцу вычислить не смогли, и взвалили все на Мэтта! Если он любил этих девочек, представьте, как тяжело ему было, когда его обвинили в их убийстве! Вот он и плакал.

Кэрол почувствовала, как у самой на глаза навернулись слезы, и опустила голову, ковыряя вилкой в тарелке, чтобы Джек не заметил.

— Есть простой способ развеять наши сомнения и уладить разногласия, — задумчиво прервал он затянувшуюся паузу.

— Какой?

— Вы знаете, что такое детектор лжи?

Кэрол оскорбилась.

— Вы совсем меня за дуру держите?

— Я вообще вас за дуру не держу, — невозмутимо ответил он. — И я надеюсь, что вы поняли, что я хочу сказать.