Проклятые

Бросившись назад по салону, словно почувствовала каким-то шестым чувством, что Мэтт именно там, она резко остановилась, заметив край черного полиэтиленового мешка. Глаза ее расширились от ужаса, она так побледнела, что подбежавший к ней Джек схватил ее за плечи, подумав, что она сейчас упадет в обморок. Но Кэрол вдруг рванулась дальше, к так напугавшему ее краю зловещего мешка.

Джек сжал пальцы, не пуская ее. Девушка обернулась к нему и попыталась оттолкнуть.

— Отпусти меня!

— Кэрол, успокойся, прошу тебя! Пожалуйста, вернись на место…

Она с внезапной яростью забилась в его руках, опалив полным неприязнью взглядом.

— Уйди от меня! Убери свои руки!

— Джек, отпусти! — поспешила вмешаться Куртни. — Пусть идет.

Он разжал пальцы, и Кэрол с силой оттолкнула его от себя. Оставшись стоять на месте, он наблюдал, как она подбежала к черному мешку и упала перед ним на колени. Уголки губ его горько опустились, но он сам этого не заметил.

Кэрол застыла над ужасным черным мешком, смотря на него широко раскрытыми глазами.

Наверное, его с кем-то спутали, и здесь лежит кто-то другой.

Ее Мэтт, такой красивый, такой сильный, полный жизни и здоровья, не может находиться в этом ужасном мешке для трупов. Это было бы слишком несправедливо. Господь не мог так с ним поступить. С нею. С ними. Он столько страдал, он заслужил счастья, а не смерти.

Господь не мог с ними так поступить. Это было бы слишком жестоко.

Медленно протянув руки, Кэрол потянула «молнию» вниз. Пальцы ее дрожали, а глаза наполнились слезами, впервые с того мгновения, когда ей сказали, что он умер.

— Пожалуйста! Господи, пожалуйста! Сжалься, Господи! — тихо стонала она, нерешительно расстегивая «молнию» и трясясь от страха.

Края мешка медленно разошлись, и Кэрол окаменела, уставившись в бледное неподвижное лицо."

"Казалось, он просто спал. Усталость и печаль навеки запечатлелись в правильных чистых чертах, словно он даже теперь не избавился от них, и сердце в его груди все еще продолжало страдать. Еще вчера Кэрол слышала у себя под ухом его биение, лежа в его нежных объятиях.