Наследник для бывшего

Почему-то именно сейчас на меня накатывает паника. Сказать или нет? А если не скажу, то что? Просто выйду за дверь его квартиры и все? Стану, как и собиралась, свободной и независимой женщиной с ребёнком?

Да ну, бред какой-то… Открываю кран и умываюсь холодной водой.

Нужно выползать.

– Ася, – стук становится настойчивее. – Детка, хватит прятаться. Не забывай, что это моя квартира, и мне ее не жалко. Я просто вынесу сейчас эту дверь к чертовой матери, – угрожающе добавляет Макс.

Забираю с раковины электронный тест, подхожу к двери и открываю замок.

Мы сталкиваемся с Царицыным на пороге телами и взглядами.

– И? – спрашивает он нетерпеливо.

– Ты, – подаю ему электронный тест и сглатываю, не зная, как такое сообщается. – Вот.

Он забирает пластиковую коробочку из моих рук и смотрит на экран.

– Это значит, да? – переспрашивает взволнованным голосом.

– Да, – киваю и утыкаюсь носом ему в грудь. – Я беременна от тебя.

Макс стискивает меня так сильно, что мне становится нечем дышать. И следом отпускает, беря в ладони мое лицо и начиная зацеловывать.

– Аська, спасибо. Любимая… Хорошая.

Слова прерываются глубоким поцелуями.

– Царицын, постой, – я умудряюсь увернуться от его губ и выставить дистанцию, уперевшись в плечи Макса ладонями. – Ты же помнишь про наш договор, – серьезно смотрю в его глаза.

– Про какой договор? – он с абсолютно искренним недоумением склоняет голову вбок и хлопает своими коровьими ресницами.

– Макс, ну не нужно так! – с отчаянием бью кулачками его по груди.

– Ты будешь мамой, женщина, – нагло расцветает он в улыбке, а я – папой. Какие тут ещё могут действовать договоры…

– Макс, нет! – я даже топаю ногой. – Ты обещал участвовать только финансово, обещал, что не узнают родители…

Зачем я это говорю? Принципы – хуже слабоумия.

– Ась, ну хватит, – его лицо становится серьезными, и он перехватывает мои руки, летящие по очереди к его лицу. – Все, женщина, я сказал! – повышает голос. – Успокоилась!

– Что? – вспенивает меня. – А ну пусти! Ты – врун!

– Нет! – раздаётся его рычащее и грозное.

Макс одновременно бескомпромиссно и нежно прихватывает меня сзади за шею и сталкивает наши губы. Боже, опять этот его наглый язык у меня во рту…

Я теряюсь. Хочется одновременно сдаться и обвинять во лжи.