Продавец крови (СИ)

 — Тебя это не касается, понял? Мы в разводе!

У него дернулся глаз. Я выбрала очень неудачные слова."

"— Вижу, ты не понимаешь, Яна, — Эмиль выдернул из моей кобуры пистолет и направил на Влада. — Давай я пристрелю его у тебя на глазах, чтобы до тебя дошло. Или я, или никто. Знаешь почему? Если сейчас увидят, что мою жену и городскую охотницу валяет другой, меня убьют в тот же день.

Я попыталась вырваться, но добилась только того, что чуть не оторвала себе руку.

Не будет он стрелять — не в нашем дворе, где нас знают.

— Чего ты к ней пристал? — я не сразу поняла, что Феликс обращается к Эмилю. — Иди сюда! Давай этому наваляем!

— Придержи его, — Эмиль опустил пистолет, потом сунул его за ремень. — И лицо разбей. А мы пойдем, поговорим наедине.

Он потянул меня за руку, я рванула обратно к стене. Не хочу с ним наедине разговаривать! Он мог просто отволочь меня силой, даже исключая эффект крови Эмиль почти в два раза тяжелее меня, но ведь соседи увидят… Если повезет, кто-нибудь вызовет полицию.

Кого я обманываю. Никого они не вызовут.

— Опять не понимаешь по-хорошему! — он за запястье подтянул меня к себе и обхватил так сильно, что затрещали ребра.

Я как будто попала в тиски — не вдохнуть. Как следует придавил и взял на руки. Я брыкнулась, замычала ему в плечо, и Эмиль ладонью прижал к себе мою голову, почти перекрывая воздух.

Какая же он сволочь. Если нам кто-то встретится по дороге, подумают, что мы снова вместе, вот и все. Люди всегда видят только внешнее. И никогда — суть.

Он приятно улыбнется, поздоровается, поцелует меня в висок — и все пройдут мимо.

Соседи решат, что муж несет меня домой после ночной гулянки. Может, даже за нас порадуются.

— Тихо, Яна, — сказал он на ухо, пока тащил меня наверх. — Хочешь, чтобы твой приятель выжил, заткнись и не беси меня.

Дверь он открыл своим ключом, придерживая меня одной рукой.

Только мы оказались в прихожей, залитой слабым серым светом, как Эмиль за горло прижал меня к стене. Спустил руку ниже — на грудину, не давая отойти.

Какого черта? За один поцелуй? За то, что ему отказала?

Он не выстрелит. Я точно знаю. Он не станет в меня стрелять, не в нашем доме. Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы он не выстрелил.

Но плотно сжатые челюсти и немигающий взгляд говорили обратное. Я рассматривала проступившие морщины вокруг глаз, верхняя губа вздернута.