Приват для незнакомца

И о последствиях – тоже.

Сесилия чувствовала себя настолько обманутой, что даже не обратила внимания на его последние слова. Она смотрела на мужчину, и обида захлестывала ее. Глупая, полностью лишенная какой-либо логики. Ей бы надо, напротив, радоваться, что кто-то из них двоих очнулся от сладострастного наваждения, взял себя в руки, остановился. А что чувствует она? Как маленькая девочка, которой пообещали конфетку, а потом резко передумали отдавать.

Сесилия протяжно выдохнула. Ни в коем случае нельзя показывать, что она разочарована.

Да, это не свойственно ей, и, несмотря на то что Бардок имел о ней достаточно информации, она не хотела, чтобы он о ней думал, как о развратной.

Чтобы сравнивал ее с Вивьен и ставил их на одну сторону.

– Это было… – начала она говорить и замолчала, не зная, как продолжить. Облизнула пересохшие губы и тотчас поймала едва ли не яростный взгляд Алекса, брошенный на них. – Горячо.

Она не любила врать.

– Да. Очень. Поэтому и стоит остановиться.

– Да, – вторила она и все же не смогла удержаться от легкой усмешки: – Майстрис Бардок, если кто-то даже сможет предположить, что вы первый отказались от девушки, ваша репутация потерпит сокрушительный удар.

Алекс усмехнулся в ответ.

– Она переживет это.

Он поднял руку и дотронулся до щеки Сесилии.

– То, что началось здесь и сейчас, будет иметь продолжение, малика. Но только тогда, когда ты будешь готова.

– Интересно, и как ты это поймешь?

– Это поймешь ты.

Алекс пружинисто поднялся на ноги.

– Мне лучше отойти от тебя, – с насмешливым блеском в глазах заметил он. – От греха подальше.

Сесилия развеселилась. Вот так внезапно.

Продолжая еще испытывать остатки возбуждения, Сесилия, ерзая бедрами, присела, благо многочисленные подушки позволяли.

– Ты умеешь пробуждать девушек, Алекс.

– Малика, а ты сейчас понимаешь, что твоя фраза звучит очень двояко?

Она пожала плечами.

– Каждый думает в меру своей испорченности. Лично я говорю про пробуждение ото сна, а что ты имеешь в виду…

Она поджала губы, чтобы не рассмеяться, и услышала, как Алекс приглушенно выругался, но без злости.

– Чертовка. Сесилия, ты удивляешь меня ежедневно.

– Интересно, чем?

– Ты раскрываешься. Медленно, тягуче, я бы даже сказал. Но при нашей жизни это правильно.

– Я не играю в игры.

– Я знаю. За это ценю тебя еще больше.

– Алекс, твои откровения с утра меня пугают.

– Когда это ты стала пугливой, малика?

– Да вот думаю начинать.

– Не стоит.