Притворная дама его величества

Это больше из области фильмов и книг, в реальности есть только выгода. Моя «крыша» относилась ко мне с уважением лишь потому, что я исправно платила и возвращала долги, потому, что я не переставала работать, потому, что моему слову можно было верить.

Герцогиня де Бри дождалась, пока девицы покинут комнату, и величаво указала мне на место подле себя. Я же покосилась на стол с едой — выглядит куда более аппетитно, чем то, что я ела раньше. Может быть, если мне повезет, перепадет что-то...

В покоях герцогини было светлее, чем во всех других помещениях, в которых я оказывалась до этого.

Добрые старые времена, где вранья не меньше, чем в отфотошопленном постере.

— Ты рада, дитя мое?

Я была бы рада значительно больше, если бы сесть смогла не на подушечку, как любимая киса, а на нормальный стул. К счастью, герцогиня не видела под моими пышными юбками, как я по-турецки скрестила ноги.

— Нет, — честно ответила я. Посмотрим, что она скажет. — Я все еще хочу служить господу нашему и мечтаю стать матерью-настоятельницей.

— Полно, — махнула рукой герцогиня и схватила цепкими неприятными пальцами мой подбородок. Я вытерпела. Она рассматривала меня, словно шов на дамском костюме, прикидывая, продаст ли она товар за триста долларов, если купит сейчас за тридцать. — Миленькая. Личико простолюдное, но это и хорошо…

Я не знаю, что мелькнуло в моих глазах. Может, на секунду проглянула Мария Успенская, та, с которой никакой герцогине было не совладать. Герцогиня вздрогнула, выпустила меня, и мне показалось, что она вот-вот перекрестится — или что у них тут было принято.

Скверно. А ведь я этого до сих пор не знаю. Хороша монашка.

— С характером, — удивленно пробормотала герцогиня де Бри. — Может, и хорошо. Вся в мать.

Я скривила в ухмылке ту сторону лица, которая была не видна герцогине. Вряд ли графиня де Аллеран была с характером, хотя, с другой стороны, кто ее знает. Вроде бы ей по статусу полагается иметь стержень… но вот с умом она была несомненно.