Притворная дама его величества

Может, он знал эту Маризу плохо, может, не придал никакого значения ее изменившемуся поведению, и это не значило, что мне повезет так со всеми, кого я встречу. Непонятный мир, неудобная одежда, твари, летающие над лесом, неизвестно, как себя с кем вести.

Неизвестно, как мне быть дальше. Вернуться в замок, пока не хватились? Попытаться все же бежать?

Проснулась я от нелепого, но очень естественного желания, и никуда от него было не деться. И не возникло вопроса, где я и кто я. Память работала бесперебойно.

Было еще темно, и вьюга еще еще подвывала, я встала со своего лежака, едва сама не взвыв. Все тело затекло до потери чувствительности и изнуряющей боли. Ноги… я нашла себе силы на них взглянуть и поняла, что Маризе было подобное не впервой. И это обрадовало: она должна справиться и на этот раз. Мне даже в туфли удалось влезть почти без проблем, вот она где, закалка служанки…

Отыскать сортир оказалось не так просто, и я уже хотела было просто найти какой-нибудь не слишком людный уголок, когда увидела небольшой неприметный домик, в котором нужное и обнаружилось.

Ну… туалет как туалет — видала я и хуже. Вспомнить привокзальные сортиры в каком-нибудь Подольске… и ведь это был не худший вариант. Кусты или просто обочина разбитой дороги, автобус и водитель, который ушел справлять нужду на противоположную сторону.

Проблема была в другом. Я как-то до этого момента не исследовала, что на мне надето — а оно оказалось довольно многослойным. Зато без трусов… и вообще какого бы то ни было белья.

В каком-то смысле это было даже и удобно — но что я буду делать, когда мое тело начнет избавляться от ненужной яйцеклетки? Нет, серьезно, тряпки я найду, но куда их крепить? И как? Но ведь должна же быть какая-нибудь… технология.

Впрочем, вот прямо сейчас вопрос этот актуален не был, зато другой был.

Туалетная бумага.

Да! Обычная, простая туалетная бумага. Которой не было. И поняла я это, так сказать, постфактум. Да чтоб их…

Но деваться было некуда — подумав, я просто оторвала от одной из нижних юбок, коих оказалось две, полоску ткани.

А что делать? А главное — что с этим делают вообще? Решают же проблему как-то.

И не спросишь.

Я мрачно вышла и, зачерпнув немного чистого снега, «помыла» руки. Скверно… конечно, может, это тело и привыкло к подобной антисанитарии — а если нет?

Неудобства, голод, вот обратная сторона той красоты, на которую в моем мире тратили огромные деньги.