Приручитель женщин-монстров. Том 1 (СИ)

Слышишь меня, Альма?

— Я… смогу! Точно смогу! Уверена… наверное… или… — что-то в голосе паучихи всё меньше и меньше было уверенности…

— Тогда зачем он вам?!

— А вам зачем? — от моего вопроса у того случился «синий экран смерти». Это когда компьютер вдруг умирает и сообщает, что он умер. — Витрина эта непростая, не пропускает сильную магию шкатулки. А значит, её содержание обходится в копеечку. И за двести лет, думаю, она принесла больше убытков, чем прибыли от привлечения внимания. Раньше шкатулка, может, и была известна, но сейчас вряд ли много найдётся тех, кто узнает её.

— Ваши слова ранят меня в самое сердце… — простонал старик, а затем упал лицом в грудь пепельной блондинки, отчего та скривила лицо. — Но в них есть толика логики… Хорошо, я дам скидку в двадцать процентов.

— На проклятые изделия скидки начинаются… — начал я торговаться. Без этого никуда, слишком уж много ушлых торгашей, которые пытаются обмануть честных людей и при этом с полным отсутствием инстинкта самосохранения.

Так что, помимо знания законов, убийца чудовищ должен уметь и торговаться.

Как итог, я получил более чем девяностопроцентную скидку и… полностью разорился. Мне оставили лишь тысячу рублей, на такси… Зато!

— Не забывайте заполнять её магией, иначе вредоносная аура шкатулки вырвется, и у вас будут неприятности, — ворчал старик, использующий особые варежки и магический барьер, чтобы положить шкатулку в металлический контейнер.

Классная штука! Контейнер блокирует магическое излучение и пригодится в хозяйстве. Особенно, когда я пойду за особыми чудовищами. Супер! Отличная штука.

— Судя по всему, магии оно жрёт… многовато, — покривил я лицом, но так, лишь приличия ради.

— Хах. Ещё бы. Это же шкатулка королевы Линн! — воскликнул тот и, обречённо вздохнув, закрыл дверцу контейнера. Ну и барьер снял. А ещё видно, что на этот барьер у него ушла вся его магия.

— Ах вы… хитрый и злой человек! — рассмеялся я, а тот лишь хмыкнул и развёл руки в стороны:

— Это лишь бизнес.

Пожав руку «бизнесмену», бросил взгляд на трёх красоток, и ко мне пришло осознание, что у меня даже на бордель денег не осталось! Жизнь — боль.