Предатель

- Мама, на что ты рассчитывала уже все равно, - психую, - дальше то что делать? Я так понимаю, Егор не конченый кретин и, конечно же, пошлет Ивана восвояси, зачем ему признаваться в том, чего нет? Ты его видела? Такие мужики не выбирают в любовницы Ксюш, слишком он крут для нашей тряпки."

"- Дальше давить на правду, свою правду. Главное не отрекайся от слов и не признавайся ни в чем, мол Ксюша говорила, что изменяет с Самойловым и точка! Топи до последнего. Хуже всего, что я соврала про уход. Вечером возвращается Игорь, а он прекрасно знает и видел, как его заботливая и любимая дочурка ухаживала за мной.

Вот тут затык, этот кретин будет за Ксению, к гадалкам не ходи, - начинает злиться.

- Тогда включай чары, что я могу сказать? Навешай ему лапши, вешала же пол жизни, и сейчас получится. Человек он добрый и доверчивый, поведется, как пить дать. В свое время и от мамки Ксении его отвадила, разберешься, - говорю уверенно.

- Поверь, мой муж не теленок, если разозлим - получим все, я то его хорошо знаю.

Это только видимость его всепрощающая. Да и не отвадила. Она сама от него ушла, а потом и померла через полгода с тоски. Говорят, не выдержала, что муж ее гулял. Тогда Игорь и забрал Ксюшу на воспитание.

- И ты, и я, знаем истину. Игорь никогда не гулял от жены, - поправляю мать.

- Что правда, то правда, любил ее дико. Но я помогла поверить подруге в иное, доверчивая была дуреха, вот как твой Ваня, молча глотала слезы, плакала в подушку, но бесед с мужем не вела.

Боялась заводить подобные разговоры, время такое было – стыдно, что муж бегает по соседкам. Собралась и ушла, ничего толком Игорю не объяснив. Долго носился за ней, пороги обивал, все пытался вернуть, а та упрямой была, так и высохла как спичка в страданиях. После ее смерти очень долго не мог отойти Игорь, корил себя, что не был рядом и не разобрался в ситуации. Да поздно уже было.

- Ой ладно, ты поставила на карту все и выиграла. Получила Игоря и его деньги, жалко только, что еще и довесок был в виде Ксюши, без этой дуры не пришлось бы сейчас крутиться как уж на сковородке и придумывать схемы.

По умолчанию все принадлежало бы единственной дочке – мне! – произношу с сожалением.

- Тебе жаловаться тоже грех, всю жизнь катаешься как сыр в масле. Да и будем честны, падчерица тебя никогда не обделяла. Жалко, что собралась перекрыть кран дотаций, сама себе и подписала приговор, - резюмирует мать.