Правильный лекарь. Том 5

— Вам самому помощь не нужна?

— Спасибо, пока нет, — буркнул я и на ватных ногах с трудом добрёл до кресла в углу кабинета, рухнув в него, как мешок с отходами жизнедеятельности.

Подождут все, никуда не денутся. Я ушёл в глубокую медитацию, восстанавливая практически полностью истощённое ядро. И как так получилось? Я же проверял уровень энергии регулярно. Видимо настолько сосредоточился на лечении повреждений, что проморгал этот момент. Кажется, я теперь настолько же сильно увлёкся медитацией, что даже немного всхрапнул.

Открыв глаза, я увидел скучающего Бориса Владимировича, смотрящего в окно, как ветер заставляет снежинки выполнять невероятные танцевальные па. Света терпеливо стояла рядом с пациентом, не покидала свой пост. Молодец, Света, на столике рядом со мной стоял стакан начинающего остывать кофе, рядом тарелка с эклерами.

— Приятного аппетита, — сказала Света и улыбнулась, обернувшись в мою сторону. — Как самочувствие?

— Теперь отлично! — сказал я, доедая эклер и допивая кофе большими глотками.

И так всех задержал, сидеть и неторопливо цедить кофе совесть не позволяет. Пациент так и находился в состоянии глубокого сна. Я подсунул руку ему под нижние шейные позвонки. Вроде всё на месте, дужка позвонка целая, без видимых деформаций, целостность корешка нерва восстановлена. Больше мне здесь делать нечего. Надо было сразу всё просканировать, уже давно разбудили бы парня, пока я медитировал.

— Будите, Борис Владимирович, — сказал я Корсакову, сканируя все повреждения повторно, на всякий случай.

— Уже всё? — удивлённо покачал он головой.

Через минуту парень открыл глаза и какое-то время собирался с мыслями, водил глазами по сторонам.

— Вы уже можете шевелить головой, — сказал я ему. — Ваш позвоночник в полном порядке.

— Ого, — воскликнул парень, шевеля ногами. — Онемение прошло и двигаются нормально.

— А левая рука? — уточнил я. — С ней как дела?

Парень смог приподнять руку над собой, только движения пальцами получались как-то странно, нелепо.

— Ничего не понимаю, — испуганно пробормотал он. — Я хочу сделать одно, а получается другое. Это как? Вот, видите? Мизинец оттопырился, а я хотел указательный палец поднять. А вот теперь наоборот. Ничего не понимаю.

— Чтобы точно совместить все аксоны, надо было делать разрез и лезть туда с микроскопом, — ответил я. — И то далеко не факт, что получилось бы идеально, а у нас, к сожалению, такой возможности не было.