Правдивая история Мэра Сью

Последнюю пиццу он ел не спеша, смакуя и с наслаждением закатывая глаза...

А когда на тарелке ничего не осталось, вытер жирно лоснившиеся губы салфеткой, небрежно бросил ее на стол и заговорил:

- Вирша — известный в городе человек. И его обвинение звучит достаточно серьезно, чтобы я принял соответствующие меры.

Вирша, злобно сжимавший кулаки все это время, расслабился и ухмыльнулся с победным видом. Но не тут-то было.

- Мы согласны с любым вашим решением, господин фол Фоллен, - склонил голову Хараш, снова оттесняя меня назад, потому что от возмущения я запыхтела.

Этот бесстыжий фон Фоллен сожрал всю пиццу и теперь все равно собирается нас закрыть?! - Но я предлагаю вам спросить у уважаемого Вирши, какие продукты мы использовали в тех пиццах, которые вы только что ели. Если он сумеет это сделать, то мы закроем нашу пиццерию, так и не открыв ее. Пусть Вирша сам угощает вас такой же пиццей, которую вы попробовали...

Вот теперь я полностью поняла замысел Хараша. И не могла не восхититься.

Надо же, как он ловко все провернул. Теперь, когда фон Фоллен распробовал нашу пиццу, те кривульки, которые мы делали с Дилишей и теткой Лаушей в столовке, не устроят обжору. И я уже успела убедиться, желудок для главы департамента чревоугодия имеет такое же право голоса, как разум и жадность... Если мы перетянем на себя еще кого-то из них, то все... мы победили.

- Да что там знать! - насмешливо фыркнул Вирша. - Мясо, овощи и сыр. Делов-то.

Хараш с легкой улыбкой смотрел на фон Фоллена, а я не выдержала и вылезла из-за его спины:

- Господин фон Фоллен, но вы-то знаете, что все пять пицц были абсолютно разными.

Верно?! У нас в пиццерии больше двадцати наименований, и нет ни одной одинаковой.

- И мы готовы каждый день отправлять вам в мэрию по одной пицце совершенно бесплатно, - кивнул Хараш, - чтобы вы попробовали все и выбрали самую лучшую пиццу.

Желудок выиграл эту битву с разгромным счетом. Сытый и довольный фон Фоллен покинул пиццерию, заверив, что придет на открытие всей семьей.

Угоститься. Но мы были согласны и на это.

А вот Вирша, уходя ни с чем, так взглянул на меня, что я поежилась. Этот мерзавец очевидно не отстанет. Не сможет простить, что проиграл.

- Сью, - Хараш обнял меня со спины и прижал к себе, - ты лучше пока одна из дома не выходи...

Я согласилась. Ну, его... Мне все равно до сих пор было неуютно в городе. Он был не просто чужим, а каким-то чуждым.