Измена. Я верну тебя, Рыжая

— Компанию, несомненно, ждёт успех!

Взгляд упал на мешок с документами из офиса. Какие глупости лезут в голову. О новом муже думать рано, со старым бы разобраться.

— Где-то в этой куче лежит подсказка, как взять Демарина за бубенцы.

Саша качнул головой. Эта женщина сама имела стальные яйца.

Подниматься за Головиным не стала.

Солнце садилось за спиной, освещая кровью заката серое здание с узкими окнами. Разогретый за день асфальт парил, избавляясь от небольших лужиц. На этом фоне дом выглядел офисом Ада.

Она наблюдала, как Головин быстро спускается по ступеням. Высокий, поджарый, широкоплечий красавец. Сколько потеряли женщины, что с презрением проходили мимо оборванца с аристократическими манерами.

За прошедший день в нём что-то неуловимо изменилось. Взгляд стал уверенным. Голову держал прямо. Из глаз исчезло выражение побитого пса. Он витал в своих мирах. Казалось рассказ о снимке, присланном анонимом, и походе к журналистке слушал вполуха, но выводы сделал сразу.

— Султан знает? — вопрос с отведённым в сторону взглядом. Насмотрелась сегодня таких до тошноты.

— Нет ещё. Думаешь, это важно?

— Конечно. Его выставили твоим любовником. Увидишь, Демарин вынесет это в суд, а если есть женщина, которой станет больно?

Ася задохнулась от возмущения.

Мужчина рассуждал о моральном облике брошенки? Не хватало критикана в собственном доме! Рыжеволосая голова склонилась набок. В зелёных глазах появился хищный блеск.

— Иван, ты пытаешься достучаться до моей нравственности? — она разочарованно смотрела на того, кого считала союзником. — Так с ней всё в порядке. Тимур не женат!

Он досадливо поморщился."

"— Ты не так поняла. Он быстрее тебя разберётся с фотографом. Что ты знаешь о нём? Бизнесмен его уровня не может быть одиноким. Может, живёт гражданским браком или есть невеста?

— Об этом я не подумала... — Должна изобразить безразличие, но сердце кольнуло.

Накрыло желание напроситься в гости к Тане или к кому угодно, чтоб высказаться по-бабьи. Обсудить половину человечества с инопланетным мышлением. Зелёные глаза впились в загорелое лицо.

— Надеюсь, ты не собираешься играть в солидарность с Демариным?

Айтишник отмахнулся от женской логики:

— Не говори глупости! Я целиком на твоей стороне. Кто-то должен бесстрастно оценивать твои поступки. Научись спокойно принимать критику.