Практическая романтика

— Например, о чем ты сейчас думаешь? Ну, кроме того, что лучше бы тебя тут с Юрой заперли.

Ответила максимально честно:

— Есть хочется. У тебя, случайно, хоть шоколадки не припрятано?

— Рановато ты, — помотал он головой. — Мы только обед пропустили. После того, как ужин пропустим, можно будет попереживать и на этот счет.

— Тогда я больше и не знаю, о чем еще говорить… Давай посмотрим, подходит ли твоя зарядка для моего сотового? Там можно радио настроить.

Герман с видом абсолютно счастливого человека подскочил, взял мой мобильник и попытался присобачить к устройству, торчавшему из розетки.

— Сомневаюсь, что для таких моделей вообще зарядные устройства еще выпускают.

— Ясно, — ответила я и снова уставилась в окно."

"Солнце еще даже не думало клониться к горизонту, настраиваясь на жаркий вечер. И никакой утренней пасмурности. Так бы хоть за облачками можно было наблюдать…

— Может, у Юры книга какая припрятана? — я перебирала варианты.

Герман снова оживился, но теперь потух через две секунды, даже не успев вскочить с кровати:

— Нет, он зануда не до такой степени, чтобы тащить с собой на отдых книги. К сожалению.

— К сожалению, — согласилась я.

И вот как-то так, переговариваясь как сонные мухи, мы почти пережили бесконечность — то есть наступил вечер. Хотя настроения это никому не прибавило, позади не больше половины срока отсидки, а каждая следующая минута тянется как будто медленнее предыдущей.

— Мы в душ можем ходить! — предложил Герман.

В душ я не хотела, а в туалет было нечем. Но я сходила в ванную и попила холодной воды из крана. Приключения, да. Понюхала гели для душа на полке, пожамкала мочалку. Весело!

Зато когда вернулась, Герман упорно обшаривал тумбочки и единственный шкаф. А потом обрадовал:

— У нас есть хавчик!

И продемонстрировал мне банку пива. Одну. Как бы даже если очень захочешь наесться, да не наешься.

— Чего скуксилась? Я с тухлыми рожами не делюсь! — с этими словами он уселся теперь на «мою» кровать и открыл банку.

Алкоголь я не люблю, но с полбанки пива ничего страшного не будет. А так, может, еще хоть пятнадцать минут пройдет. Потому села рядом и, после того как он сделал глоток, взяла банку в руки. Не спешила — было бы с чем спешить.

— Рассказывай теперь что-нибудь! — потребовал Герман.

Мы сидели так, чтобы не совсем рядом, с ногами на кровати, и смотрели в противоположную стену.