Позывной «Оборотень»

Лес и запасы пресной воды, вот то, ради чего мы все казались здесь. Но сейчас против нас действует кто-то один. Возможно, это просто талантливый дрессировщик, а может быть, кто-то старательно делает вид, что имеет в помощниках зверя.

– Зачем?

– Люди глупы и доверчивы, генерал. И всегда готовы верить во всякие небылицы. Тот, кто делает всё это, очень точно рассчитал, что сможет таким образом запугать поселенцев."

"– Он своего добился, – мрачно кивнул генерал. – Из поселений уже начали уходить. Пока только одиночки, но если так пойдёт и дальше, то скоро побегут семьями.

– По-хорошему, нужно было бы вызвать сюда отряд спецназа и как следует прочесать все окрестные развалины. Заодно и фильтрационные лагеря пополнили бы. Посылать туда обычную пехоту бесполезно. Они уже напуганы, и не сумеют сделать всё, как надо.

– Ну, так давай вызовем, – усмехнулся генерал.

– Если только вы сами направите в штаб такую бумагу. Мои требования будут бродить из кабинета в кабинет года два, если не больше, – грустно усмехнулся майор.

– Да уж. Наша бюрократия от создания мира всегда была на высоте, – кивнул генерал. – Давай попробуем обойтись армейским спецназом. На это хватит и моих полномочий.

– Согласен. Главное, чтобы это были не местные солдаты и не обычная серая скотина.

– Ты думаешь, что там кто-то по-настоящему опасный?

– Человек, способный столько лет подряд уничтожать наших солдат и ни разу не попасться, просто должен быть опасным, по определению.

– Пожалуй, тут ты прав, – подумав, кивнул генерал. – Значит, на этом и остановимся. Начинай разрабатывать ход операции и порядок действий. Этой операцией командовать будешь ты.

Понимая, что разговор окончен, Хан одним глотком допил остаток кофе и, погасив в пепельнице сигарету, решительно поднялся. Задвинув на место стул, на котором сидел, майор коротко бросил руку к виску и, развернувшись, вышел из кабинета.

* * *Каждый божий день на базе для новичков начинался неожиданно. Прапорщик Степаныч давно уже стал для них олицетворением всего самого плохого на этом свете. В очередной раз услышав его рёв, курсанты вздрагивали и дружно посылали в его адрес такие выражения, что трава под ногами жухла. За проведённую на базе неделю нормально, в постелях они ночевали только один раз.