Последний Паладин. Том 11

Ее губы были поджаты, плечи напряжены, а руки сжимали закрепленные на бедрах кинжалы, которые она так и не обнажила.

— Ты и сама не понимаешь, — ответил я вместо нее, — тебя тянуло к прежней жизни. Жизни на передовой. Жизни взбалмошной принцессы, которой дозволялось бороздить окраины красной зоны и строить карьеру Стража вдали от сложных интриг и столичной суеты. Но когда мы вернулись сюда. Не в Форт-Хелл, а именно сюда, в место, пронизанное опасностью, ты растерялась. Ты испугалась.

— Не испугалась! — фыркнула Виктория, но остальное отрицать не стала.

— Хорошо, — кивнул я, — это не страх. Но если позволишь неуверенности поглотить себя, страх появится. Уж поверь мне.

— И что делать?

— Найти ответ, — пожал я плечами, — почему тебя сюда все еще тянет? Зачем ты пришла? За силой? За славой? Чтобы отвлечься… или просто на зло отцу?

С последними моими словами лицо Княгини дрогнуло. Я попал в точку.

— Значит, отец, — продолжил я рассуждать вслух, медленно расхаживая перед девушкой взад вперед, — ты искала на передовой силу.

— Нет! — выпалила Виктория.

— Согласен. Ведь твой отец мертв, а тебя все еще сюда тянет. Почему?"

"— Я… я… не знаю, Маркус, — впервые за долгое время дрогнул голос Княгини Природы, — я не знаю… — повторила она, а по щекам медленно текли слезы, — Я ХОЧУ НАЙТИ ОТВЕТ! ХОЧУ! НО НЕ МОГУ! МНЕ НЕ У КОГО СПРОСИТЬ! НИКОГО НЕ ОСТАЛОСЬ! Я ПОТЕРЯЛА МАТЬ! ПОТЕРЯЛА ОТЦА! ВСЕ СВАЛИЛОСЬ НА МЕНЯ ОДНУ И Я… Я…

И до того, как Виктория поддалась накатывающей истерике, я кинул ей аретфактный Кожух.

Девушка поймала странный предмет и покрутила его в руках. Сначала недоуменно, а потом куда более внимательно. Виктория ощущала в нем древнюю энергию. Природную энергию. Она инстинктивно попыталась влезть в суть артефакта, но тот внезапно дал ей отпор. Его плетение лишь немного ослабло, но потом вдруг скукожился в форму яйца, и Виктория едва не выронила его от неожиданности.

— Выбирай сложность, — повторил я свои слова, — легкая, средняя или сложная.

— А сложная? — успокоившись, спросила Виктория.

— Поставит твою жизнь под угрозу, — не стал я врать.