После ссоры

В голове сплошной туман, и, не придумав лучшего оправдания, я пишу ей: «Слишком много вчера выпили с Лэндоном, уснул в машине. Скоро буду дома».

Тут что-то не так, и на мгновение я замираю. Но мозги у меня сейчас не работают, и я все же нажимаю «отправить», и, не отрывая взгляд от телефона, жду, когда она ответит. Тишина.

Я точно не могу ей об этом рассказать – о том, что остался на ночь у Карли. Она ни за что меня не простит, она даже не станет слушать. Уверен, что не станет. Мне и так ясно, что ей надоело все это дерьмо.

Я вообще не представляю, как мне все исправить.

Резко затормозив и выругавшись, Карли прерывает мои размышления.

– А-а, черт! Придется разворачиваться, там впереди авария, – говорит она, показывая на машины, которые перекрывают всю дорогу.

Я поднимаю взгляд и вижу мужчину средних лет, он стоит, держа руки в карманах, и разговаривает с полицейским. Он кивает головой в сторону белого автомобиля, похожего… очень похожего на…

Меня накрывает паника.

– Останови машину, – требую я.

– Что? Господи, Хардин…

– Я сказал, останови эту чертову машину!

Не раздумывая, я тут же открываю дверь и выскакиваю, как только она тормозит, а затем бегу к помятым автомобилям.

– Где другой водитель? – сердито спрашиваю я полицейского и оглядываюсь вокруг.

Капот белой машины серьезно поврежден. С зеркала заднего вида свисает пропуск на парковку нашего универа. Черт! Рядом с полицейской машиной стоит «Скорая». Вот дьявол!

– Где та девушка? Кто-нибудь скажет мне или нет?! – кричу я.

Полицейский бросает на меня раздраженный взгляд, но другой водитель замечает мое беспокойство и тихо отвечает:

– Там.

Он показывает на машину «Скорой».

Мое сердце замирает.

Словно оглушенный, я медленно подхожу и замечаю, что двери «Скорой» открыты… а Тесса, опершись о ее задний бампер, прижимает к щеке пакет со льдом.

Слава богу! Слава богу, у нее всего лишь ушиб!

Я подбегаю к ней и дрожащим голосом спрашиваю:

– Что случилось? Как ты?

Увидев меня, она явно успокаивается.

– Попала в аварию. – Над глазом у нее наклеен пластырь, а рассеченная сбоку губа опухла.

– Ты можешь идти? – резко говорю я. – Она может идти? – спрашиваю я у молодой девушки из «Скорой».

Она кивает и быстро отходит в сторону. Я приподнимаю пакет со льдом от лица Тессы и вижу шишку размером с мячик для гольфа. Ее щеки мокры от слез, а глаза покраснели и припухли. На нежной коже под глазом намечается синяк.