Порочный

– Почему ты пригрозил Филиппу? Кто тебе разрешил лезть в мою жизнь? Кто тебе позволил, Вильям? – пухлые губки сложились в милый бантик, а на лице сводной сестры появилось упрямое выражение.

Медленно сглотнул, стараясь сосредоточиться на вопросе девушки. Но это оказалось чертовски трудно – кровь в жилах разгонялась, давление в паху становилось невыносимым. Её тело находилось в каких-то жалких сантиметрах от моего, а от волос пахло ягодным шампунем. Наверняка Белоснежка прекрасно ощущала мой стояк, но продолжала глядеть на меня исподлобья.

– Я не угрожал твоему дружку, – сухо выдал, заправляя ей за ухо прядь непослушных темно-каштановых волос.

Мои губы оказались в миллиметре от её лица. Наши дыхания переплелись. Мона вздрогнула, когда я прижался к ней плотнее, неторопливо покручивая бёдрами.

– Филипп мне всё рассказал! Хватит врать! Сознайся уже, наконец! Иначе я перестану тебя уважать, – она шумно выдохнула, продолжая с яростью глядеть мне в глаза.

Хрупкое тельце прижималось к моему.

Мы оба прерывисто дышали, будто перед прыжком в самую бездну… Да, черт возьми! Опустил взгляд на округлую грудь красавицы, непроизвольно стиснув челюсти. Маленькие соски проступали через тонкую ткань короткого сарафана. Её невинное тело реагировало на меня. Ещё как реагировало! Захотелось исследовать каждый миллиметр её нежной кожи языком. Хорошенько вылизать, заставив девчонку стонать от экстаза, чтобы больше даже глядеть не смела в сторону всяких уродов.

– Я просто нанял человека за тобой присматривать.

И правильно сделал. Ты видела этого идиота? Видела?! Неужели такому можно доверять? Напился с трёх женских коктейлей! Терминатор, бл*ть! – ударил кулаком об стену, со злости заведя ей руку за спину.

– А где же ты был в это время? Почему сам за мной не присматривал? Почему Вильям? Наверняка развлекался с проститутками, пока малышка Мона куковала в гордом одиночестве без друзей, подруг и с помешанными на своей карьере родителями!

Наши взгляды столкнулись.

Со мной случился передоз. Желание. Гнев. Ненависть. Одержимость. Обида. Боль. Безумный коктейль из разрушительных эмоций воспламенил душу изнутри, заставляя пульс подскочить до небес. Я подхватил Мону на руки и понес на кровать.

– Куда ты меня тащишь, идиот?! Думаешь, отдамся тебе по щелчку пальцев?! Ну, уж нет! Хватит решать за меня! Тоже мне, умник нашёлся! – она вопила на ухо, что казалось, от этих истошных криков сейчас лопнут барабанные перепонки.