Порочная месть

И как теперь спуститься вниз? Кто-то из персонала наверняка их нашел и одному богу известно, что эти люди теперь обо мне думают. В нерешительности застыв посреди комнаты, гипнотизирую глазами дверь и начинаю пятится назад, до тех пор пока икры не упираются в изножье кровати. Сгребаю с покрывала телефон, чтобы вновь попробовать дозвониться до Артура, и вижу сообщение от Кристин:

«Как спалось с пятизвездочной клетке?»

Решаю не мучить себя перепиской и перезваниваю ей. Этого мне еще не запретили.

— Твои пальцы явно целы, если ты звонишь мне, а это уже хороший знак.

Рассеяно блуждаю взглядом по идеально ровной поверхности стены и тихо вздыхаю:

— В порядке.

— Ты так не звучишь. Видела Кейна? Он сказал, чего хочет от тебя?

Я молчу, кусая щеку изнутри, потому что не знаю, стоит ли рассказывать подруге об условиях, на которых я попала в логово дьявола, но, в конце концов, решаюсь:

— Он хочет, чтобы я спала с ним.

— Ни хрена себе, черт подери! — раздается высокий визг в трубке, от которого я невольно морщусь. — Ты переспала с Кейном?! Исполнила мою девичью мечту! Да что там мою… Кто в Нью-Олбани не хотел с ним трахнуться? Думаю, даже Анжела была не против, хотя она и равнодушна к членам. И как он?

О том, что пять лет назад Кейн стал моим первым, я не говорила ни одной живой душе, даже своим лучшим подругам. Не потому что я им не доверяла, а потому что не хотела подвергаться расспросам и вновь вспоминать об унижении, последовавшем за самыми памятными моментами моей жизни.

— Что тебя интересует, — бормочу, ощущая, как уши вновь начинают гореть. — Он взял меня против моей воли. Вряд ли здесь есть, что обсуждать.

— Он сделал тебе больно? — осторожно уточняет Кристин. — Удерживал тебя силой?

— Нет. Он ведь угрожает моему брату… я просто делала, как он сказал, потому что..

— Ты кончила? — живо перебивает подруга, и в ее голосе звенит неподдельное любопытство.

— Какое это имеет отношение к делу?

— Самое прямое. Кейн до сих пор тебе нравится. Не знаю, хорошо это или плохо, но в сложившейся ситуации это, скорее, плюс. Спать с тем, кто тебе отвратителен, это… нет ничего хуже.

— Он должен быть мне отвратителен. Я хочу его презирать.

— Ну а раз этого не произошло, значит что-то говнюк сделал правильно. — со смехом заключает подруга, от чего губы сами растягиваются в не приличествующей случаю улыбке.