Порочная месть

Очевидно, удостоверившись, что плакать я больше не собираюсь, Карен Эшби отстраняется и смотрит на меня с теплотой во взгляде:

— Не хочу хвастаться, Эрика, но, думаю, сейчас будет уместным сказать, что попасть ко мне на прием не так просто по причине того, что запись строго распланирована на месяцы вперед и включает в себя имена небезызвестных людей Нью-Йорка. Однако, сегодня ты здесь, именно у меня, а не любого другого специалиста на Манхеттене с менее разгруженным расписанием.

Пытаясь проникнуться смыслом этих фраз, я стираю последнюю катящуюся слезу и заглядываю ей в глаза:

— Вы думаете, что Кейну до меня не все равно?

— Как я уже говорила, Эрика, я здесь не для того, чтобы что-то утверждать.

ГЛАВА 31

— Иногда я думаю, что совершаю большую ошибку, демонстрируя свои чувства. Что правильно прятать их, а не пытаться до него достучаться… но у меня просто не выходит… Мне кажется, если я начну играть в холодность, то любая, даже самая призрачная связь между нами умрет.

— Когда речь идет о чувствах не существует понятия правильного или не правильного, Эрика, как бы вас не пытались убедить в обратном. Только вам решать, как будет лучше для вас. А день изо дня наступать себе на горло, чтобы оправдать надуманные кем-либо представления о том, какой должна быть ваша жизнь и как вам в ней себя вести — это противоестественно. Никто не даст гарантии, что поступив определенным образом, вы получите результат, к которому стремились.

Доктор Эшби замолкает, как она всегда делает, когда дает мне возможность проанализировать услышанное, и несколько секунд спустя мягко произносит:

— Ты имеешь право поступать так, как считаешь нужным, Эрика. Ты имеешь право жить здесь и сейчас. В случае неудачи ты приобретешь свой собственный опыт, а добившись успеха будешь знать, что это твоя личная победа.

Часы на ее столе показывают четыре дня, что означает, что наша третья по счету консультация подошла к концу.

— Спасибо вам, Карен. — я поднимаюсь и по традиции обнимаю ее перед уходом. — Возможно, я покажусь вам излишне сентиментальной, но я благодарна вам не только как специалисту, но и как человеку, за то что помогаете разобраться в себе.

— Работа психотерапевта подразумевает профессионализм, но не исключает дозу человеческой эмпатии, Эрика. — с улыбкой отвечает доктор Эшби.