Попаданка. Двойной обмен

Мокрым полотенцем я вытерла выступивший пот и кровь из носа.

Трясущимися руками тёмный перехватил мои ладони.

– Я сам, – прохрипел он.

– Что это было?

Несмотря на некоторые общие признаки, на эпилепсию это не похоже. Он чувствовал, осознавал себя в это время. Руку даю на отсечение, это что-то другое или какая-то местная разновидность.

– Это болезнь? – снова спросила я.

– Нет, – дроу с трудом сел. Руки его тряслись от слабости. – Мне надо идти. Мне надо…

– Ты с ума сошел! После приступа? Ночью?!

– Я вижу в темноте.

– Погоди ты! Надо хотя бы кровь остановить.  Обопрись спиной о кровать, задери голову. Давай я полотенце подержу. Вот так, молодец. А теперь объясни, что происходит.

– Бездна! Я думал, что она поверила в мою смерть. Полагал, что в безопасности. Но после этой атаки…

– Это магия такая? Тебя сейчас магией приложило? – сообразила я.

– Да.

– Значит, тебя нашли.

–  Да, и поэтому мне надо уйти сейчас.  Реза, – тёмный перехватил мои руки и заглянул в глаза, – пообещай, что уничтожишь или очистишь магией все, что имеет отпечаток моей ауры.

– Сделаю, как ты сказал.

Стало до жути страшно. Наносная корка высокомерия сейчас слезла с дроу, и он демонстрировал настоящие чувства. Тёмный боялся. Боялся за меня.

– Дорожку к ручью и площадку, где я тренируюсь, тоже очисть.

– Да, проведу, а ты…

– Все вещи, что ты мне дала, я тоже очищу. Когда меня… – дроу запнулся, – даже, если меня поймают, никто не будет знать, о том, что ты помогала.

Я совсем не это хотела спросить, но у меня ком в горле застрял. Идиотка! «Тёмные не умеют быть благодарными». Оказывается, умеют.

Какое-то время мы просто замерли друг напротив друга, глядя в глаза, а, может, и в душу. И я ужасно боялась за этого самодовольного, вредного, упрямого тёмного эльфа, а в его взгляде читала страх за меня.

– Мне пора, – прервал наши гляделки дроу.

Он с трудом встал, и на его лице снова появилось хмурое выражение.