Полный трындец, или Феникса вызывали?

Эта новость немного подняла настроение.

Через полчаса мы, нагруженные моими нехитрыми пожитками и учебными принадлежностями, двинулись в сторону женского корпуса. Впереди выступала я, держа руку на холке альфина. Тот едва не лопался от важности. Топорщил перья на шее и поглядывал вокруг с видом императора всея Алестериума.

В арьергарде следовала вся честная компания, а по дороге к нам еще и Эльвар присоединился. Тоже горя желанием предложить свою помощь.

В этот час на дорожках было много студентов. Они все провожали меня восхищенными взглядами.

Глава 47

Как и следовало ожидать, парней дальше холла не пустили. Пришлось попрощаться с ними, горестно вздыхающими и поглядывающими на проходящих девиц, и самой искать новое место жительства.

Оно оказалось просторным и довольно симпатичным. Его не портили даже глупые фестончики на окнах и розовый шелк на стенах. Мебель вычурная, белого цвета, с золотой отделкой казалась произведением искусства.

Пашка закурлыкал, глядя на это великолепие.

Я разулась, с наслаждением ступила босыми ногами на пушистый ковер. Не выдержав, затанцевала по комнате, а потом с разбегу запрыгнула на кровать. Подо мной прогнулся упругий матрас, сверху колыхнулись складки балдахина.

— Обалдеть! — простонала я.

Как же хорошо снова стать девочкой! Я и забыла, что это значит.

Альфин согласно курлыкнул и растянулся на пушистом ковре у камина.

Я повертелась на розовом атласном покрывале, жмурясь от удовольствия, а потом огляделась.

Так, проверим, куда это нас занесло.

Апартаменты состояли из двух спален с ванной комнатой и смежной гостиной. Только одна из них выглядела нежилой, а та, в которую меня вселили, хранила следы поспешного бегства. То тут, то там виднелись предметы, забытые бывшей хозяйкой. То початый флакончик духов на туалетном столике, то одинокая перчатка на кресле, то портрет на комоде…

Я подошла к туалетному столику.

А потом глянула на себя в зеркало. Впервые с тех пор, как сняла амулет. И застыла, не в силах отвести глаз от собственного лица.

Это была я и одновременно чужая, незнакомая Злата. С более тонким лицом, более правильными чертами. Рыжие волосы жидкой лавой стекали на грудь. Пухлые губы. Большие глаза…"

"Они полыхали огнем.