Покоривший СТЕНУ 10: Черная дорога

Оставался вопрос, как протянуть дерево через техноцит…

Можно повторить фокус с раффлезиями, когда Стена проведёт пересбор ближайших локаций. Но как техноцит отнесётся к дереву, когда перебьёт всех прибежавших на смерть?

Сейчас самым правильным будет всё же подняться. Разведку можно считать успешной. Теперь пора браться за работу по проведению лифта.

Вот только у судьбы, как это водится в Стене, были несколько иные планы на этот счёт.

Не успели мы обследовать две новые двери, как меня окликнул Ильгор.

— Эй Арк, здесь терминал.

Я с удивлением посмотрел на совершенно лишний и чуждый локации атлантов ржавый и побитый жизнью механизм, выехавший из пола.

Терминал гордо сиял ярко-алым восклицательным знаком, намекая на срочность послания.

— Прорыв?.. — задумалась Белая и посмотрела на меня. Первый её порыв был подскочить к терминалу самой.

Однако на этот раз послание касалось вовсе не смотрителей в целом, а конкретно меня. Ну, и ещё одного мудака где-то в толще Стены.

Внимание, корректор! Зафиксирована жалоба на искажение структуры сектора.

Начат процесс принудительной ассимиляции сектора мематической ветвью.

— И какого хрена это значит? — я обернулся к Белой.

Та застыла, словно ледяное изваяние.

— Тебе что-то известно об этом, — понял я.

— Нет, подобное я встречаю впервые. Я просто пытаюсь осознать, — осторожно сказала Белая.

— Мематическая ветвь, это как у той птицы?

— Нет, — она покачала головой. — То есть да, но не думаю, что это как-то связано. Единственное известное мне мематичское существо — кошмары.

— Мематическая цепь была в двадцать первом, — неожиданно подала голос Нэсса.

Сама же девушка посмотрела на Хантера.

Чеширский кот только пожал плечами.

— Мематики, слова силы, архиларвины, — добавил кот. — Это твари мематической цепи в двадцать первом. Первые… не знаю, как описать. Что-то вроде монстров, созданных из навязчивых мыслей.

— Помню. Лучше скажи, как она может ассимилировать сектор? Что это вообще значит?

— Тут извини, Арк, — чешир развёл лапами.

— Помнишь то прошлое оповещение, которое нас так переполошило ночью.