Покоривший СТЕНУ 11: Король механизмов

Девушки затихли, внимательно глядя на меня.

Сделав паузу и вздохнув, я закончил:

— Проходчик смертен, Сайна. Порой, внезапно смертен. Мы должны успеть сбежать раньше!

— Ты думаешь, будет ветер?

— Будет буря, Сайна! Очнись, мы ни черта не контролируем на Стене! Никто из тех, кто мнит себя её хозяином — не контролирует! Даже этот король механизмов — какого чёрта он заперся на двадцатом, а не идёт вниз или вверх? Зачем ему Чёрная Дорога?

— Он просто налаживает коммуникации в своих владениях, нет?

— Его владения появились потому что возникла эта коммуникация, — поправил я.

Я вздохнул и посмотрел, как под надзором Альмы у механистки появляется новая нога взамен откушенной. Жаль с экзоскелетом это так не работает. Мелькнула даже мимолётная мысль, что истинная причина её раздражения в повреждениях селенитской брони. Девушка очень трепетно относилась к экипировке.

— Мы слепые котята, Сайна, — продолжил я. — Слепые котята на заводе. Шаг в сторону — и ты банка тушенки. Мы не понимаем, как устроен мир вокруг нас. Только понимание что, как и для чего что устроено, позволяет нам жить, а не выживать. В чём смысл огромной силы, если ты по итогу всё равно выживаешь?

— Я не понимаю. Ты думаешь, что спустившись вниз и выйдя из Стены мы всё закончим? Как и обещает Белая?

— Нет, чем ты слушаешь? Я к тому, что мы сможем жить так как ты хочешь, в мире и покое, если поймём, как этот мир устроен и по каким законам работает.

— Кажется, поняла.

— Тогда выздоравливай. Альма уже справляется. Скоро и остальные целители тоже до тебя доберутся. В наше время даже и поболеть толком нельзя. Работа сама себя не выполнит.

— Погоди, мы же возвращаемся наверх, так? Искать терминал и зализывать раны? — Сайна приподнялась и серьёзно на меня посмотрела.

— Враг бы хотел именно этого, — сказал я.

— Только не говори, что…

— Мы идём вниз, Сайна, — зловеще улыбнулся я. — Только сперва, конечно, подготовимся.

35. Воля, которую невозможно сломить

— Вставай, Мордред, у нас много работы!

— Вы выглядите как безумный фанатик, хранитель. Мне нравится, — ответил он. И даже улыбнулся бы, если б было чем."

"Терминал, прозванный материнским древом, словно почувствовал моё появление.