Погашено кровью

Одна мелюзга, одиночки, быки, сопляки, малолетки, шестерки.

Бандитов высокого полета до суда выкупают либо выносят оправдательный приговор.

Такие, как Хрящ, в зоне редкость. А ты помнишь, как по зоне газетенка гуляла, будто за океаном на баксах картинки менять будут? Вот после этой пропаганды ко мне и подкатил пахан. Мол, давай, сынок, голова у тебя свежая, варит хорошо, подумай, как можно дернуть с нар на волю, но без шухера. Я подумал. Мне достали карту, сказали о том, что найдутся людишки по ту сторону забора, подсобить смогут.

Ну я все прокумекал и обрисовал, как положено. Но машину снимать надо было с дальней делянки, когда жратву возят на лесоповал тем, кто по две смены сквозит. Рывок назначили на понедельник. Уходить должны были Хрящ и Дылда.

Беспалый подготовил рюкзак, лыжи и свалил дерево у дороги. Охотнику в сторожку вызов из города прислали, дочь, мол, умирает. Тот дернул в Челябинск, а Беспалый занял его место. Дальше он должен был вести Хряща до большой железки.

Ксива, деньги и билеты были готовы.

Гладко выглядела дорожка! Но что случилось, мне неведомо. Кто-то устроил на Хряща облаву. Беспалого хлопнули, сам видел, а заменил его тип не из наших пенатов. Но есть у меня такой прикид: Хрящ взял кассу, а дружков кинул. Теперь эти дружки хотят взять Хряща и вернуть кассу, а тот на дно лег. В зоне его не достать. Он там король. Хряща ждали в поселке у старосты. В сторожке его брать не собирались. Знали, что Хряща не просто вокруг пальца обвести. Вот так, паломник.

– Значит, ты пахана одним махом развенчал.

Хряща своим врагом сделал и всю братву против себя настроил?

– Будь спокоен. Из зоны малява уже пошла в Москву. Болтал я много, пахан все места знает, где искать меня надо.

– Теперь не тебя, а нас.

– Ну а твое паломничество в белокаменной закончится. Гуляй, рванина! В Москве наши дорожки разбегутся в разные стороны.

– Видать, жареный петух тебя клюнул, коли ты за полгода до освобождения на отрыв решился.

– Это ты прав. Что-то мундирчик тесноват, хлипкий народ в доблестной армии служит.

Чижов понял, что Черный уходит от разговора, и решил перетянуть одеяло на себя.

– Ну здесь-то ладно. Видел бы ты, какая мелкота на горячих точках воюет.

– Вижу. Один передо мной сидит. Слышал я, ты в десантниках служил.

Я-то думал, там орлы с железной грудной клеткой. Каратисты. Ха! Ха! Бух! И порядок!"

"– А ты подумал, где они «хакать» учились? Это тебе в кино показывают: если «афганец», то чемпион мира по каратэ.