Погашено кровью

Но если верить его изречениям, из коих некоторые имели убедительные аргументы, то внешность, манеры, слова часто обманывают нас.

Верить можно только поступкам.

– Итак, уважаемый Фил, – пафосно начал хозяин, – пора нам услышать результаты ваших поисков.

Элегантный сыщик встал. Голубой костюм из легкой ткани плохо сочетался с зимними холодами, но, возможно, другого не было. Говорить или отчитываться он не привык, легче написать. В докладах Фил путался и оставлял о себе слабое впечатление.

– С чего начать?

– Так, как вам удобно.

– Хорошо. Могу сказать главное. Хрящ нагрел всех. Мы его недооценили. У бандита блестяще развито чутье. Достаточно сказать, что за пятьдесят три года Хрящ имел всего лишь две судимости. Его след затерялся десять месяцев назад под Владимиром. Он уходил из Москвы на восток. Точно известно, что денег при нем не было. О сообщниках Хряща ничего не известно.

Скорее всего он их уничтожил. Я задействовал свои связи на Востоке и на Севере.

И не зря. Сначала его след обнаружили в Челябинске, затем в Омске и в Новосибирске взяли с поличным.

– Но почему он не сел в Москве? – спросил Дмитрий Николаевич.

– В центральной полосе у него нет должного авторитета, неизвестно, куда он попадет после московского суда. При желании его можно достать и в зоне.

Но в Сибири вам его не сдадут, и Хрящ уверен, что сидит за каменной стеной.

Могу вас заверить, деньги в Москве, но без Хряща их не найти. Ваше дело, какое принимать решение, но мои возможности исчерпаны. Поиски денег не мой профиль, я не кладоискатель и не верю в подобное мероприятие. Бездарная трата времени.

После некоторой паузы рот открыл Чук. У него был высокий, почти визгливый голосок, который не вязался с его массивной фигурой и солидностью.

– Дмитрий Николаевич, каким бы хитрецом или кретином этот Хрящ ни выглядел, он не выдержит три года, зная, что где-то лежат три миллиона зеленых.

Ночные кошмары замучают. Гномик с лопатой по ночам его клад откапывать будет.

– Миллион за год отсидки. Любой согласится. Три года кошке под хвост, и весь мир в кармане, – заключил Фил.

– В том, что Хрящ убил сообщников, я не сомневаюсь, – продолжал Чук.